Статьи

Смирнова М.Е. Культовые камни раннесредневековых пруссов

Выходные данные:Смирнова М.Е. Культовые камни раннесредневековых пруссов // ГIСТАРЫЧНА-АРХЕАЛАГIЧНЫ ЗБОРНIК №16. C.98-110.

Рис.1, С.100.
Рис.2, С.101.
Рис.3, С.102.
Рис.4, С.102.
Рис.5, С.103.
Рис.6, С.103.
Рис.7, С.104.
Рис.8, С.105.
Рис.9, С.106.
Рис.10, С.107.
Рис.11, С.107.
Рис.12, С.108.


98



Священные камни были, наверное, самым раcпространенным объектом поклонения у населения Европы во все времена существования дохристианских культов от Ирландии на западе, где знаменитые Лиа Фаль в Таре и Камень Делений в Успехе знаме-новали собой королевскую власть и священный огонь друидов, до восточноевропейских лесов со скрытыми в их чащах камнями-следовикам и по всей Европе рассеяны эти реликты древних верований. После принятия народами Европы христианства вера в их могущество сохранялась еще очень долго, почти до наших дней. Не являлись исключением в этом отношении и пруссы - одна из ветвей западных балтов. Следы такого почитания - знаки на камнях, следы жертвоприношений около них, включение камней в структуру более сложных и крупных сакральных комплексов и т.п. известны на их территории в количестве доста точном, чтобы можно было наметить некоторые характерные черты и особенности этого культа в рамках язычества. Значительная доля связанных с этим памятников археологии изучена за 25 лет в ходе работ, проводившихся на территории Калининградской области России Балтийской экспедицией Института археологии РАН. В данной работе предлагается каталог известных к настоящему времени культовых камней с территории ранне средневековых пруссов и анализ некоторых аспектов поклонения им.
Наиболее ранней работой, посвященной сбору археолого-этнографических данных по этой тематике, видимо следует считать работу К. Бекхерна "Merkkwurdige Steine in Ost- und Westpreussen", увидевшую свет в 1893 г. (Beckhern С., 1893) В ней собраны сведения о камнях, с которыми местное население этого времени связывало определенные предания и поверья. Однако при безусловной ценности этого источника, он страдает неточностью при описании как самого вида камней, так и их местонахождения. Позже В. Гронау в своей статье Kultstatten bei ostpreussischen Graberfelder (Gronau, 1938.), освященной культовым комплексам при грунтовых могильниках, подвергавшимся археологическим раскопкам, обращает внимание на важную роль камней в контексте жертвенных мест. Сведения об отдельных камнях, пользовавшихся почитанием, можно найти у М.Преториуса. Й.Фойгта, (Voigt, 1827), Лукаса Давида (Lukas, 1812). Во второй половине XX века эта тема-тика затрагивается в работах В.И.Кулакова (Кулаков, 1986, 1987, 1990, 1993, 1994; Kulakov, 1987, 1990, 1991, 1995), Б.В. Иванова и В.Н.Топорова (Иванов, Топоров, 1980, 1982), Б.А.Тимощука и И.П.Русановой (Русанова, Тимощук, 1993), автора этих строк. Однако значительное увеличение количества материала в ходе 25-летней работы Балтийской археологической экспедиции ИА РАН под руководством В.И.Кулакова на территории Калининградской области требует преж-де всего создания каталога подобного рода культовых объектов.
В процессе работы стало ясно, что материалы несравнимы между собой по информативности, и каталог должен состоять из двух частей: основного каталога и дополнительной сводки. В основной каталог были включены только те камни, о которых с достоверностью известно, что древнее население относилось к ним как к объектам культа. Подобное отношение можно определить по данным этнографических и письменных источников: 1 - свидетельства о проведени у камней действий магического и ритуального характера и (или 2) - сведения о наличии у камней необычных свойств магического характера. Важны для этого и археологические кри-терии: 1 - наличие рядом с камнем остатков жертвоприношений или следов иных магических и ритуальных действий, 2 - обработка (подработка) камня не для утилитарно-хозяйственных функций (выбивание знаков, придание зоо- или антропоморфной формы, полировка определенных поверхностей камня и т.п.: 3 - включение камня в качестве ритуального центра или одного из центров) в состав более сложных культовых объектов - жертвенниклв, открытых площадок святилищ, городищ с культовыми функциями; 4 - (вторичное?) использование производственных или бытовых предметов из камня (например жерновов и проч.) вне контекста быта и производства. Только при наличии хотя бы одного (а лучше - нескольких) из вышеперечисленных признаков можно с уверенностью утверждать, что данный камень использовался как объект культа. Если он привлекал к себе внимание лишь своей необычной формой, размерами, видом или связанной с ним этимологической легендой, объясняющей особенность камня - всё это, на мой взгляд, не является достаточным основанием для предположения о почитании камня во времена расцвета отеческих (дохристианских) культов.
В дополнительную сводку были включены камни, вопрос о принадежности которых к типу культовых остался неразрешенным - чаше всего из-за отсутствия археологических исследований окружающей территории. Важно отметить, что в ряде случаев проведение изысканий в этих пунктах уже невозможно. Кроме того, публикацию каталога следует предварить несколькими замечаниями более частного характера:


99



1.Датировка камней, не исследовавшихся археологически, в достаточной мере гипотетична, поскольку в случае фиксации ритуальных действий этногра-фическими или историческими источниками информация о длительности почитания камня (до и после фиксации) отсутствует.
2.Картографирование камней (рис.1) дает не совсем точную картину их размещения из-за неравномерной исследованности территорий и из-за невозмож-ности использования неопубликованных материалов из северо-восточной Польши.

Основной каталог.

1. Городище Куликово (бывш. Schwedenschanze bei Kringillen(Sorthenen), Зеленоградский р-н, Калининградская область (рис. 2). Камень со знаком найден в составе «жертвенника» (искусственно созданная из валунов двухмерная конструкция) на валу городища-святилища Куликово. Он замыкал комплекс жертвенника с севера (внешне-го края зала). Это немного уплощенный валун из гранита трапециевидной формы размерами около 0.5x0,45x0,2 м, со слегка подработанной поверхностью. На его грани, обращенной к остальным камням «жертвенника», было сделано искусственное углубление неправильной зигзагообразной формы. Судя по фрагментам керамики, перекрытым «жертвенником», комплекс был сооружен не ранее первой половины - середины 1 тыс.н.э.
Библиография (ниже данное заглавие в каталоге опускатся):
1.Engel С. Die "Schwedenschanze" von Kringitten // Elbinger Jahrbuch. H. 15. 1938.
2.Гуревич Ф.Д. 1960. Из истории Юго-восточ-ной Прибалтики б 1 тыс. н. э. // МИА-76, М.-Л.
3.Кулаков В.И. Отчет о работе Балтийского экс-педиции в 1980 г. Архив ИА РАН. Р. I. № 7777.
4.Смирнова М.Е. Отчет о работе Южного отря-да Балтийской археологической экспедиции ИА АН СССР на городище Куликово в Зеленоградском р-не Калининградской области 1987 г. Архив ИА РАН, Р. I. № 13431.
5.Кулаков В.И. Древности пруссов VI-XIII вв. // САИ. Вып. Г1-9. М., 1990, с. 51.
6.Смирнова М.Е. Городище Куликово // Vakaru baltu istorija ir kultura. Klaipeda, 1992, n. 81-91.
7. Kulakov V.I. Der Goldreif von Strobjchnen und seine Bedeutung im Beziehungsgeflecht von Prussen und Steppenvolkern// Acta Praehistorina et Archeologica. Bd. 26 (27. Berlin, 1994-1995., S. 207-212.

2. Могильник Yrzekapinis (Клинцовка 1, бывш. Wikiau), Зеленоградский р-н, Калининградская об-ласть (рис.3,4)
Камень со знаком находился на северо-западной границе открытой культовой площадки, расположенной на территории могильника. Он представлял из себя массивный гранитный валун неправильной формы размерами 0,96x0,82 м. Камень лежал в материке, возвышаясь над ним на 0,1 м. Верхняя часть камня была подтесана инструментом типа "троянки" наподобие двускатной крыши. На поверхности его с ЮВ нанесен плохо сохранившейся знак в виде трехлопастного креста. Этот знак был вырублен на наклонной поверхности камня, обращенной в сторону кострища, расположенного рядом. Изображение нарочито повреждено. Знак на камне в целом аналогичен знаку на камне в урочище Дубки. Комплекс прекратил функционировать в конце X века.
1.Кулаков В.И. Отчет о работе Балтийского отряда в 1978 г. Архив ИА РАН, Р. I. № 6937.
2.Кулаков В.И. Ритуальный комплекс в могильнике у Клинцовки // КСИА. 1980. Выл 160, с. 89-91.
3.Смирнова М.Е. Структура святилищ раннесредневековых балтов // Vakaru baltu istorija ir archeologija. Klaipeda. 1989, p. 124-128.
4.Gusakov M.G., Kulakov V.I. Heiligtumer im sudlichen Ostseegebiet aus dem 1. Jt. v. u.Z. // Jahreschrift fur mitteldeutschc Vorgeschichtc. Bd. 74. Halle (Saale (Berlin). 1991, S. 173, 174.
5.Кулаков В.И. Северная Самбия: апрель 1997 года // КСИА. вып. 210. 1993, с. 43.
6.Кулаков В.И. Пруссы (V-ХIII вв.). М., 1994. с. 138.

3. Могильник Yrzekapinis (Клинцовка 1, бывш. Wikiau), Зеленоградский р-н, Калининградская область (рис. 4).
Второй крупный валун расположен в южной части площадки. Камень подквадратной в плаке формы, размерами 0,45x0,45 м, серого цвета был обработан сверху, с западной и восточной сторон, в отличие от северного (предыдущего) в материк не вкопан. В 20 см к ССВ от этого валуна находилась круглая столбовая яма диаметром 38 см. Комплекс прекратил функционировать в конце X века.
1.Кулаков В.И. Отчет о работе Балтийского от­ряда в 1978 г. Архив ИА РАН, Р. I. № 6937.
2.Кулаков В.И. Ритуальный комплекс..., с. 89-91.
3.Смирнова М.Е. Структура святилищ..., с. 124-128.
4.Gusakov M.G., Kulakov V.I. Heiligtumer..., 1991, S. 173. 174.
5.Кулаков В.И. Северная Самбия..., с. 43.
6.Кулаков В.И. Пруссы..., с. 138.

4. Могильник Yrzekapinis (Клинцовка 1, бывш. Wikiau), Зеленоградский р-н, Калининградская об-ласть (рис. 3).
Камень со знаком был расколот и вторично использован в качестве надмогильной стелы для погребения 147 этого могильника. Установить точно его первоначальное местонахождение не представляется возможным. Однако нет сомнения, что он не был принесен издалека. Камень представлял собой валун из светлого гранита, его контур обработан в виде овала. Камень имеет две уплощенные поверхности, размеры, камня около 0,5x0,6 м. В нижней части его подработанной лицевой поверхности был изображен знак трезубца, верхняя - частично утрачена, Исходя из размещения обломков камня в погребении, он был расколот уже после нанесения на него знака, но до помещения в могилу: Вероятная датировка погребения вто-


 

100


рая половина VIII в., следовательно, камень можно осторожно датировать последней третью 1 тыс. н.э Знак на камне аналогичен знаку на камне из культово-го комплекса урочише Дубки. Погребальный обряд (без традиционного захоронения коня) позволяет предположить, что поuребенный был связан со жреческим сословием.
1.Кулаков В.И. Отчет о работах Балтийской экспедиции в 1985 г. Архив ИА РАН, Р-1, № 10913.
2.Куланов В.И. Птица-хищник и птица-жертва в символах и эмблемах IX—XI вв. // СА. 1988. № 3, с. 114.

5. Урочище Дубки (бывш. Wikiau-Kunterstrauch), Зеленоградский р-н. Калининградская область. (рис.5).
Камень со знаком зафиксирован в составе кам-ней, окружающих по периметру открытую культовую площадку, в центре которой расположен родник, бью-щий со дна выложенного валунами котлована. Инте-ресующий нас крупный валун из темного гранита с обработанной лицевой стороной, обращенной кверху, имел четко читавшееся изображение знака трезубца, в целом схожее с изображением на камне из погр.147 из могильника Ирзекапинис (№ 4 по каталогу). Ка-мень находится в восточной-юго-восточной части «ограды» открытой культовой площадки Раскопки откры-той культовой площадки не производились. Предва-рительная датировка - X в.
1.Кулаков В.И. Отчет о работах Балтийской эк-спедиции в 1982 г. Архив ИА РАН, Р-1. № 9166.
2.Кулаков В И. Птица-хищник..., с. 114.
3.Смирнова М.Е. Структура святилищ..., с. 124.
4.Kulakovas Y, Simenas V. Sventasis prusu ir «Prusos» kiubo zenklas // Ramuva. Vilnius, 1990, s. 36. paw 1,4.

6. Урочище Дубки (бывш. Wikiau-Kunter-strauch), Зеленоградский р-н, Калининградская об-ласть (рис. 5).
Крупный, стоящий вертикально валун находил-ся на северо-восточной границе открытой культовой площадки. Он имел трапециевидную форму и был слегка подработан. Размеры камня - 0,4x0,6 м, об-щая высота - 0,8 м, камень на 0,3 м углублен в грунт. На одной из его широких сторон (обращена на северо-запад) слабо читались два трехлопастных углубления (знак «трилистник или трехлопастной крест»), рас-положенные друг над другом. Предварительная дати-ровка - X в.
1. Кулаков В .И. Отчет о работах Балтийской эк-спедиции в 1982 г. Архив ИА РАН, Р-1, № 9166.


101


 

2.Кулаков В.И. Птица-хищник ... с. 114.
3.Смирнова М.Е. Структура святилищ.., с. 124
4.Kulakovas V. Simenas V.Sventasis prusu... s. 36, pav. 1.4.

7. Урочище Дубки (бывш. Wikiau-Kunter-strauch). Зеленоградский р-н, Калининградская область, (рис. 5 ).
В ЮЗ части «ограды» комплекса был найден еще один камень, меньшего, чем два предыдущие, размера. На поверхности этого камня, скорее всего, также были нанесены изображения, однако его верхняя поверхность сильно выщерблена, и знаки очень нечетки (возможно «трилистник» и «косой крест»). Предварительная датировка - X в.
1 Кулаков В.И. Отчет о работах Балтийской эк-спедиции в 1982 г. Архив ИА РАН. Р-1. № 9166.
2. Смирнова М.Е. Структура святилищ.... с. 124.

8. Грунтовый могильник Коврова (бывш. Dollkeim), Зеленоградский р-н Калининградская область.
В составе культового комплекса, в одной из ям, в 1998 г. был расчищен вертикально поставленный валун конической формы, грубо обработанный. Дно ямы к западу перед валуном покрыто слоем прокален-


102



ной глины. Здесь же зафиксирована столбовая ямка. Яма с валуном сливалась с более глубокой ямой с запада, где на дне была прослежена прослойка органического тлена. На дне и в заполнении ямы встречены фрагменты керамики. Автор раскопок датирует культовый комплекс не позднее конца IV в. н.э.
1. Кулаков В.И. Отчет о работе Балтийской экспедиции в 1998 г.

9. Грунтовый могильник Коврово (бывш.Dollkeim), Зеленоградский р-н Калининградская область.
В составе того же культового комплекса, на его северной границе была зафиксирована еще одна яма с аналогичным, грубо обработанным камнем. В материковом дне ямы прослежены ямки от нескольких кольев. На дне ямы, под валуном зафиксирована прослойка органического тлена . В заполнении ямы найдено несколько фрагментов лепной керамики поздне-римского времени. Автор раскопок датирует культовый комплекс не позднее конца IV в. н.э.
1. Кулаков В.И. Отчет о работе Балтийской экспедиции в 1998 г.

10. Грунтовый могильник Коврово (бывш. Dollkeim), Зеленоградский р-н Калининградская область.
На юго-западной границе того же комплекса был найден еще один аналогичный камень, грубо обработанный в виде конуса и тоже расположенный вертикально. Неглубокая яма заполнена предматериковым слоем с примесью золы. Из находок в яме - только небольшой невыразительный фрагмент лепной керамики. Культовый камень может быть продатирован по дате всего комплекса, который автор раскопок датирует временем не позднее конца IV в н.э.
1. Кулаков В И. Отчет о работе Балтийской экспедиции в 1998 г.

11. Грунтовый могильник Коврово (бывш. Dollkeim). Зеленоградский р-н Калининградская область.
На юго-восточной границе того же комплекса, в одной из ям был найден крупный валун с искусственно подработанным изображением, напоминающим человеческую ступню. Камень скорее всего был перемещен сюда из северной части той же ямы в которой были зафиксированы куски прокаленной глиняной обмазки. Время функционирования камня в качестве культового объекта то же, что и у двух предыдущих, с той разницей, что камень был сброшен в яму в то время, когда первые два продолжали выполнять свои функции.
Кулаков В.И. Отчет о работе Балтийской экспедиции в 1999 г.

12. Курганный могильник Коврово (бывш. Dollkeim). Зеленоградский р-н, Калининградская область (рис. 6).
На южной границе могильника также был найден углубленный в землю на 0,7 м валун, имеющий подквадратную форму и следы сработанности на вер-хней плоскости. Около него была расчищена группа из пяти плотно пригнанных друг к другу крупных валунов - «жертвенник». Раскопки могильника не производились, памятник может быть условно датирован I тыс. н.э. Аналоги всем упомянутым выше камням из Коврово имеются в скандинавских древностях первой половины I тыс. н.э.
1. Кулаков В.И. Отчет о работах Балтийской экспедиции в 1979 г. Архив И А РАН. Р-1, № 7560.


103



2. Nerman В. Die Volkerwanderungszeit Gotlands, Stockholm, 1935, Texlbild 251.

13. Курганный могильник Коврова (бывш. Dollkeim), Зеленоградский р-н, Калининградская область (рис. 6 ).
К северу от края всего могильника был располо-жен вергикально стоящий валун высотой 1,2 м, вероятно, подвергавшийся искусственной обработке. Рас-копки могильника не производились, памятник может быть условно датирован 1 тыс. н.э.
1.Кулаков В.И. Отчет о работах Балтийской эк-спедиции в 1979 г. Архив ИА РАН, Р-1, № 7560.
2.Nerman В. Die Volkerwanderungszeit.... Textbild 251.

14. Курганный могильник Моховое (бывш. Kaup bei Wiskiauten), Зеленоградский р-н, Калининградская область (рис. 7).
Камень со знаком был зафиксирован в составе культового объекта - "каменного кольца", находившегося внутри курганного могильника. Камень располагался с внутренней стороны обкладки кольца, в точке пересечения кольца перемычкой из двойного ряда валунов, в восточной части объекта. На плоской подработанной верхней поверхности этого валуна размером 0,4x0,6 м был прорезан знак в виде слегка закругленной линии с небольшими подтреугольными утолщениями на обоих концах. "Каменное кольцо" было раскопано, время его сооружения - не позднее второй половины X в.
1. Гуревич Ф.Д. Отчет о работе "Калининградского отряда" 1958 г. Архив ИА РАН, Р. 1. № 1290.
2. Кулаков В.И. Отчет о работе Балтийской экспедиции в 1980 г. Архив ИАРАН, Р. 1. № 7777.

15. Курганный могильник Моховое (бывш. Каир bei Wiskiauten), Зеленоградский р-н, Калининградская область.
Камень из каменной обкладки кургана 172 находился в западной части обкладки и имел углубление неправильной подтреутольной формы на естественной поверхности. К сожалению, установить выбито ли было это изображение специально перед помещением камня в обкладку или был использован камень со углублением, исполнявший перед этим иные функции, не представляется возможным. С одной стороны, в курганном могильнике Кауп несомненны скандинавские черты, а камни со знаками, связанные с курганами, достаточно известны на территории Скандинавии. С другой стороны, как было показано выше, на территории Самбии известно и вторичное использование культовых камней со знаками (№ 4 каталога). Курган был раскопан, время его сооружения - первая половина XI в.
1.Гуревич Ф.Д. Отчет о работе Калининградского отряда в 1958 г. Архив ИА РАН, Р I. № 1290.
2.Кулаков В.И. Отчет о работе Балтийской экспедиции в 1980 г. Архив ИА РАН. Р. I. № 7777.


104



16. Пос. Бочаги (бывш. SchloВberg), Черняховс-кий, р-н, Калининградская область (рис. 8).
Камень находится в 0,5 км к югу от поселка, у основания первой надпойменной террасы левого берега р. Кривули, левого притока р. Голубой, в непосред-ственной близости от городища-святилища Бочаги. Это гранитная глыба серого цвета имеет подтреуголъную форму, обработка которой весьма груба. Размеры камня - 1x0,9x0,3 м. Лицевая поверхность кам-ня тщательно обработана, а в верхнем правом углу буквально заглажена. Ее от верхнего правого до нижнего левого угла наискось прорезает углубленное на 3 мм в камень изображение зигзагообразной линии, в нижней части заканчивающееся треугольником. Судя по аналогиям знаку на камне и датировке близлежащего городища камень мог функционировать в пределах от VIII по XIII вв.
1. Кулаков В.И. Отчет о работах Балтийской экспедиции в 1986 г. Архив ИА РАН, Р-1, № 10913.

17. Открытая культовая площадка Клинцовка 3 (бывш. Wikiau), Зеленоградский р-н, Калининградская обчасть. Обработанный валун конической или антропо-морфной формы, был найден в одной из ям второго этапа функционирования этого ритуального комплек-са. Камень, вероятнее всего, был перемещен со своего первоначального места на том же объекте.
1.Кулаков В.И. Отчет о работе Балтийского экс-педиции в 1980 г. Архив ИА РАН, P.1. № 7777.
2.Кулаков В.И. Исследования в Калининградс-кой области // Археологические открытия 1980 г., М., 1981, с.17.
3.Кулаков В.И. Древности пруссов VI—XIII вв. // САИ. Вып. Г1-9. М., 1990, с. 81.
4.Смирнова М.Е. Структура святилищ..., с. 124-128.

18. Открытая культовая площадка Клинцовка 3 (бывш. Wikiau). Зеленоградский р-н, Калининградская область.
Крупный валун, без видимых следов подработки, углубленный в материк, находился в западном ритуальном центре этой культовой площадки, сохранявшим свое значение на обоих этапах функционирования комплекса. На первом этапе с трех сторон от него находились ямы неопределенного назначения "канавки" (для стока жертвенной крови ?), на втором - одна яма. скорее всего - столбовая.
1.Кулаков В.И. Отчет о работе Балтийской экспедиции в 1980 г. Архив ИА РАН, P.1. № 7777.
2.Кулаков В.И. Исследования..., с. 17.
3.Кулаков В.И. Древности пруссов..., с. 81.
4.Смирнова М.Е. Структура святилищ..., с. 124-128.

19. Прибрежное (бывш. Eisseln), Зеленоградский р-н, Калининградская область (рис. 9).
Камень с антропоморфными чертами расположен в 0,15 км к востоку от поселка. Обработанная глыба красновато-серого гранита врыта в землю в 0,6 км к югу от берегового обреза моря. Камень врыт вертикалъно. слегка наклонен на юг, возвышается над землей на 75 см, ширина его - 52 см. Верхняя часть камня имеет округлые очертания, напоминающие условный абрис человеческой головы. На стороне, обращенной на север, к морю, нанесено изображе-ние мужского (?) лица, видны углублённые линии. обозначающие рот или усы и глаза. Кроме того на этой стороне имеются сколы и естественного происхождения. Противоположная часть камня нескольки-ми вертикальными ударами выровнена, но не загла-жена. Следов иных объектов вокруг обнаружено не было, в обнажениях грунта у каменного изваяния следов культурного слоя не отмечено.
1.Кулаков В.И. Отчет о работах Балтийской эк-спедиции в 1977 г. Архив ИА РАН, Р-1, № 6184.
2.Кулаков В.И. Дружинные элементы в могиль-никах пруссов VII — начата XI в. // Археологические памятники европейской части РСФСР. М., 1988, рис. 7.

20. Борисово (бывш. Kraussen, ныне в составе г. Калининграда), Калининградская область (рис. 10).
Камень в составе жертвенника. Центральный камень размером 3,4 х2,3 м, к нему почти вплотную положены камни меньшего размера по четыре с севе-ра и с юга и юго-востока. К западу от центрального камня было прослежено углистое пятно размером 1,8 х 1,5 м, в котором находились еще пять более мелких камней. По общей дате могильника, на территории которого находится жертвенник, комплекс датируется эпохой римского влияния.
Gronau W. Kultstatten bei ostpreussischen Graberfelder((Nachrichtenblatt fur Deutsche Vorzeit. 1938. Jahr. 14. H. 3, S. 139.
Смирнова М.Е. Структура святилищ..., с, 126.


105



21. Дубровка (бывш. Regehnen), Зеленоградский р-н, Калининградская обчасть (рис. 11).
Центральный камень в составе жертвенника. Размер камня 1,15x1,15 м, к западу и северо-востоку от него были расположены также две группы камней: западная представляет собой дугу из камней в один ряд, в северо-восточной камни расположены без видимой системы. Пятно золы и угля, в котором были найдены фрагменты керамики, находилось к север) от центрального камня (полосой с запада на восток) и подстилало группу камней. В центре этой полосы -линза угля без керамики. К югу и юго-востоку в непосредственной близости от камней прослежены 5 столбовых ям диаметром около 0,2 м. Датировка комплекса - по времени функционирования могильника - вторая пол. I тыс. н. э.
1.Bujack J. Das Graberfeld bei Regehnen((Prussia, Bd. 14, 1889, S. 121-126.
2.Gronau W. Kultstatten..., S. 138.
3.Смирнова М.Е. Структура святилищ..., с. 126.

22. Кретовины (Kretoviny, woj. Olsztyn, бывш. Kranthau), Польша.
Камень в составе жертвенника, расположенного рядом с могильником. Продолговатый камень длиной 60 см был обложен камнями меньшего размера. С за-пада к центральному камню примыкало плоское углубление глубиной 15 см, в котором находилась группа небольших камней. Датировка не ясна.
Gronau W. Kultstatten..., S. 139.
Смирнова М.Е. Структура святилищ..., с. 126.

23. Монтики (Matyki, woj. Olsztyn, бывш.Montig), Польша.
Камень находился в составе жертвенника, который был обнаружен при пахоте и, видимо, был самовольно раскопан. Центральный камень высотой 1,5 м, направленный острием вверх, снизу был окружен более мелкими камнями, Рядом с ними обнаружены «остатки костра» в кругу из камней. К сожалению, в этом случае невозможно определить время функционирования культового объекта, поскольку отсутствуют как какие-либо датирующие находки, так и археологическое «окружение».
1.Gronau W. Kultstatten..., S. 139.
2.Смирнова М.Е. Структура святилищ..., с. 126.

24. Грунтовый могильник Сосновка 1 (бывш. Bledau), Зеленоградский р-н, Калининградская область.
Камень обнаружен в распашке и явно переме-щен со своего первоначального места. Данный валун имеет подтреугольную форму, размером около 0,5x0,7 м, подтесанный и частично полированный. На одной из его сторон расположено зигзагообразное изображе-ние. Могильник раскапывался В. Герте в 1934 г. и да-тируется по инвентарю вскрытых восьми погребений X-XI вв. Видимо, и камень со знаком относится к этому же времени.
1.Кулаков В.И. Отчет о работах Балтийской эк-спедиции в 1978 г. Архив ИА РАН, Р-1, № 6937.
2.MuhlenB. Die Kultur der Wikinger in Ost-preussen // Bonner Hefte zur Vorgeschichte. 1975. Nr 9.

25. Бывш. пос. Rossgarten (около пос. Пятидорожное), Багратионовский р-н, Калининградская область.
У населенного пункта в конце XIX века был зафиксирован камень со знаками - по схематичным рисункам - прямоугольник, полукольцо с расширениями на конце и «птичья лапа» (видимо вариант «трезубца»). Размеры камня 5x4x2 м.
1. Beckhern С, Merkwurdige Steine in Ost- und Westpreussen // Altpreussisce Monatscrift. Neue Folge. 1893. 30Bd„ S. 384.
К культовым камням с территории пруссов следует отнести и так называемых "каменных баб" - 10 достаточно хорошо проработанных антропоморфных скульпур, получивших подробное освещение в археологической литературе и неоднократно опубликованных (La Baume, 1927; Sokolowska, 1928; Antoniewicz, 1950; Кулаков, 1987, 1994, 1995; Zulkus V. 1989). К сожалению, практически все они были перемещены со своих первоначальных мест и получить дополнительную археологическую информацию об особенно-стях культа, относящегося к ним, вряд ли возможно. Эти фигуры, предположительно связываются исследователями с именами Брутена и Видевута - леген-дарных основателей религиозной и светской власти в Пруссии - и рассматриваются как культовые символы границ прусских земель (Кулаков,. 1987, с. 95-101; Zulkus V. 1989. р. 113,115.). Иконографическая выделенность их из круга остальных культовых камней с данной территории и подробное освещение в ли-


106



тературе позволяют в данной работе лишь перечислить их: 1. Бывш. Хусенен (Багратионовский р-н) Ка-лининградская область; 2. Сальское (Зеленоградский р-н) Калининградская область; 3. Барчяны, (Ольштынское воеводство), Польша; 4. Бартошице (Ольштынское воеводство), Польша; 5. Галдово-Енджихово, (бывш. повет Суский) Польша; 6. Сушь-Розенау (бывш. повет Суский), Польша; 7. Сушь-Нипково (бывш повет Суский), Польша; 8. Мозгово (Гданьское воеводство), Польша; 9. Бартошице (Ольштынское воеводство), Польша; 10. Кишпорк (Cristburg (повет Штумс-кий), Польша (рис. 12).
1. La Baum W. Bildsteine des fruhen Mittelalters aus Ost- und WestpreuBen // Blatter fur deutsche Vorgeschichte, H. 5, 1927, S. 5, Taf. VI,2.
2.Sokolowska J. Wczesnohistoryczne posrgi kamienne, odkryte na ziemiach Polski. // Swiatowit, t. ХII - 1924-1928.
3.Antoniewicz J. Nieznana "baba kamienna" z pruskiego territorium plemicnnogo.// Sprawodzania Panstwowego Muzeiun Archeologicznego, t. 1П, 1950, z. 2, s. 1-4.
4.Кулаков В.И. Земля пруссов и "прусские земли" //Балто-славянские исследования 1985. М, 1987, с. 97.
5.Кулаков В.И. Пруссы (V-XIII в.), М., 1994, с. 21.
6.Kulakov V.I. Der Goldreif von Strobjehnen und seine Bedeutung im Beziehungsgeflecht von Prussen und SteppenvOlkera // Acta Praehistorina et Archeologica. Bd. 26(27. Berlin, 1994-1995.
7. Zulkus V. Tarpgentines dykros ir mirusiuju
1-2. Еще две антропоморфные фигуры находи-лись в середине XIX в., по данным К. Кэзвурма, на городище Заливное (бывш. Kraupischkehmen) Черня-ховского р-на, Калининградской области. Среди мес-тного населения они назвались «Монах» и «Монахиня». К сожалению, дальнейшая судьба этих изваяний неизвестна. Kaswurm. К. Alte Schlossberge und andere Ueberreste von Ban werken aus der Vorzeit im Pregelgebiet Litauens// SPOG. 1873, 14, 2. S. 2.
3. На поле у н.п. Листовое (бывш. Woydietten) (Зеленоградский р-н, Калининградская область) лежал камень в виде «согнувшейся женщины со связкой ключей на боку». Согласно легенде, это была женщина, которая не ходила в церковь вместе с семьей, а работала в поле. Проходившие мимо в церковь верующие прокляли ее.
1. Beckhern С, Merkwurdige Steine in Ost- und Westpreussen // Altpreussisce Monatscrift. Neue Folge. 1893. 30 Bd., S. 375.
Камень, найденный в ходе разведок у н.п. Прибрежное (бывш. Alknicken, Зеленоградский р-н, Калининградская область) в лесу обреза морского берега, представляет собой грубо обколотый в виде трапеции валун серого цвета с неровной верхней поверхностью и почти вертикальными боковыми гранями. Размеры камня - 1,1x0,65 м при высоте от современной днев-ной поверхности 0,5 м. Своей северной длинной гранью он ориентирован по линии запад восток. Камень углублен в грунт не менее чем на 20 см, причем в земле его размеры увеличиваются. Это заставляет предполагать, что его подработка производилась на месте. В северо-восточной части горизонтальной поверхности камня сделано линейное углубление длиной - 32 см и глубиной около 3 см., приблизительно параллельное кромке морского побережья. Аналогичных культовых камней в юго-восточной Прибалтике не обнаружено. Зато по своей конструкции этот жертвенник находит почти полную аналогию в культовом камне из пос. Межшорье (Тернопольская область Украины). Судя по данным раскопок, жертвоприношения у этого прикарпатского аналога камня из Прибрежного проводились от раннего железного века до средневековья. К сожалению, при повторном обследовании камня в середине 80-х годов выяснилось, что камень был перемещен со своего первоначального места в результате происходившего несколькими годами ранее строительства очистных сооружений, а террито-рия, где он находился в ходе этого строительства обработана землестройной техникой. Письменные источники свидетельствуют о проведении в этой местности, на берегу моря, разового жертвоприношения в 1520-м. (Lukas, 1812, S.117). Однако однозначно связать жертвоприношение именно с этим камнем не преставляется возможным.
1.Кулаков В.И. Отчет о работах Балтийской экспедициив 1986.. Архив ИА РАН, Р-1, № 10913.
2. Винокур I.С. Iстория та культура черняховскiх племен. Кiев, 1972, с.115, рис.41.


107



5. В Зеленоградском районе Калининградской области, недалеко от бывш. н.п. Kirtigehen, на выгоне, в урочище Варникер Форст, у дороги находился камень с «возвышением» (?).
1. Beckhern С, Merkwurdige Steine..., S. 378.
6. В Багратионовском районе Калининградской области между бывш. пос. Hanshagen и гос. Липовка (бывш. Grunwalde), в лесу находился камень размером 1,2x0,9 м с углублениями как бы от костяшек кулака.
1. Beckhern С, Merkwurdige Steine..., S. 379.
7. В урочище Гарвиндер Грюнде около пос. Романове (бывш. Pobethen) (Зеленоградский р-н, Калининградская область), был зафиксирован камень с углублениями, напоминающими след бычьего копыта и ступни человека.
1. Beckhern С, Merkwurdige Steine..., S. 381.
8. Такой же камень находился на лугу у н.п. Летное, севернее Романово (бывш. Tenkitten, Зеленоградский р-н, Калининградская область).
1. Beckhern С, Merkwurdige Steine..., S 381.
9. На городище Грачевка (Зеленоградский р-н, Калининградская область) раньше лежал камень с углублениями, который позже был скачен вниз.
1. Beckhern С, Merkwurdige Steine..., S. 383.
10. Еще один камень-следовик находился в четверти мили от пос. Домново (бывш. Domnau, Правдинский р-н, Калининградская область).
1. Beckhern С, Merkwurdige Steine..., S. 383.
11. Камень в северо-восточной части внутрен-него вала городища Нива (бывш. Ziegenberg, Зеленоградский р-н, Калининградская область), имевший искусственно подровненную поверхность упоминается в легендах Самбии XVI-II-XIX вв.
1. Beckhern С, Merkwurdige Steine..., S. 383.
12. Культовый камень («Opferstein» - жертвенный камень) был зафиксирован И.М. Гизе на склоне городища Русское (бывш. Germau) Зеленоградского р-на Калининградской области. Позднее камень был ' сброшен в ближайшее болото.
1. Beckhern С, Merkwurdige Steine..., S. 391.
13. Городище Родники (бывш. Jouglauken), уроч. Шанценберг, Зеленоградский р-н, Калининградская область.
У северо-западного склона городища, небольшие размеры округлой в плане площадки которого невысокий вал, тонкий культурный слой без находок позволяют отнести его к типу "Alkhugel"; найден мощный валун со следами подработки. Предположительная датировка городища - I тыс.лет. н. э., ХШ в.
1.Crome H. Ftihrer zu den fruhgeschichtlichen Burgwalle Samlands// Prussia. 1940. Bd. 34, S. 51-53.
2. Кулаков В.И. Отчет о работе Балтийской экспедиции в 1986 г. Архив ИА РАН, Р. I, № 11008.
Создание каталога позволяет наметить некоторые характерные черты и особенности культовых кам-ней с территории раннесредневековых пруссов:
1.Среди сохранивших первоначальное положение (археологи называют это положение "in situ", лат. - "на месте") и подробно описанных камней в ос-новном крупные, расположенные вертикально валуны (8 экз), меньше крупных, лежащих плашмя (4 экз) и небольшого размера неправильной формы (4экз); мно-го камней со знаками - 11 экз. и меньше камней-следовиков - 6 экз.
2.Обращает на себя внимание частое сочетание подработки камня и/или нанесения знака с включением его в культовый комплекс (либо как центр, либо по границе комплекса). К сожалению, подобная инфор-мация отсутствует для антропоморфных изваяний.
3.Среди следов ритуально-магических действий у камней преобладают следы разведения огня, зафиксировано натичие керамики, иногда янтаря, часто ря-дом с такими камнями - остатки столбовых ям. Только в двух случаях (грунтовый могильник Коврове) наблюдался тлен несожженных органических предметов, в двух случаях (Клинцовка 1 и Клинцовка 3) рядом с камнями в грунте прослежены удлиненные канавки. Вешей практически нет, костей тоже. Можно с уверенностью предположить, что это следы определенного типа жертвоприношений — в основном, "через огонь" или с подвешиванием на столбах (столбовые ямки). Последний способ упоминается у Преториуса, зафиксировавшего его у жемайтов:"...Недалеко от камня стоит высокий шест, на котором распялена шкура козла, а над шкурой водружен большой пук злаков и трав" (Цит. по: Мержинский, 1899, с. 429-430).


108



4. Знаки на камнях. Состав символов-изображений на культовых камнях на данной территории не от-личается большим разнообразием: чаше всего встре-чались зигзагообразные изображения и треугольники ("трилистники"), трехлопастные кресты. Меньше трезубцев, дважды встречена округлая линия с треугольными утолщениями на концах и один раз косой крест и прямоугольник. Интересны факты намеренной порчи ритуальных камней (забивание знака, раскалывание камня на костре). Эти случаи указывают на роль знака, изображённого на камне, и на достаточно большое значение самого камня в контексте ритуала. Можно осторожно предположить, что факт исчезновения (и появления?) у культового камня его «сакральной» силы во многом зависело, по мнению древних пруссов, от действий человека (жреца?). Косвенное подтверждение этому можно найти у Петра фон Дусбург - среди объектов поклонения пруссов (достаточно многочисленных, по его мнению) камни отсутствуют (Петр из Дусбурга, 1997,51-53). Во всяком случае, при прекращения функционирования всего культового объекта (или только камня) возникала необходимость «лишить» (знаки и/или камень целиком) его этой «силы», возможно, приданной ему при вырезании знака.
Интересные результаты дает сопоставление данных о культовых камнях земли пруссов и соседних Литвы, Латвии и Беларуси (Matulis, 1990; Urtans, 1990; Мялешка, 1928, Ляукоу, 1992), заселенных родственными пруссам племенами, имевшими сходную культуру и мифологию.
В Литве исследователями выделяется четыре типа культовых камней, характерных в целом и для всей северо-восточной Европы: камни-следовики; кам-ни с многочисленными мелкими округлыми ямками; камни с чашеобразными ямками; камни, имеющие характерные названия (Daugudis, 1992). В последнее вре-мя были открыты и камни со знаками (Stanaitis, 1997, р. 37). Одна из версий происхождения этих знаков -отображение на жертвенном камне охематического изображения птицы (петуха), приносимой здесь в жертву богу грома и молний (Кулаков, 1988а, с. 116). Выемки и следы всегда располагались на верхней повер-хности камня. Камни с многочисленными мелкими ямками, по мнению специалистов, начинают функционировать как культовые объекты со II тыс. до н.э. (Daugudis, 1992 с. 68), камни-следовики и камни чашечники относятся к более позднему времени. Этот культ сохранялся на территории Литвы вплоть до XIX в. (Daugudis, 1992 с. 62.). Данные с территории Литвы позволяют выделить как ряд сходных черт в функционировании культовых объектов этих типов в обоих регионах, так и некоторые отличия.
К сходным чертам прежде всего следует отнести наличие ям, кострищ и т.п. рядом с культовыми камнями, т.е. функционирование таких камней в качестве части культовых комплексов, а также одинаковые типы культовых камней для обоих территорий (кроме камней-чашечников, не зафиксированных к югу от Немана). Среди отличий, как кажется, самым главным является соотношение камней различных типов: на территории Литвы, по данным В. Даугудиса, насчитывалось около 200 камней-чашечников, 18 камней с мелкими ямками, около 10 камней с характерными названиями, и немногим более 20 камней-следовиков. Камень со знаком известен пока только один. На рассматриваемой в данной работе территории, наоборот, наиболее представлена группа камней со знаками, меньше камней-следовиков, нет данных о камнях-чашечниках (если только к этому типу не относились один или несколко камней, упоминающиеся как культовые, но без уточнения внешнего вида).
Еще одной отличительной чертой является включение культовых камней со знаками на территории к югу от Немана в состав более крупных ритуальных комплексов, тогда как в Литве большинство культовых камней, около которых были проведены археологические раскопки, входило в состав небольших ритуальных объектов, центром которых являлся сам камень.
Предположительно, такое различие в представленности типов культовых камней может коррелироваться с различиями в прусском и литовском языческом пантеоне. Культовые камни с чашеобразными углублениями, рядом с которыми зафиксированы остатки поклонения им, по данным В. Даугудиса, расположены в низинах, рядом с болотами или водными источниками. Такое расположение позволяет с некоторой осторожностью связать их ритуалы с культом языческих персонажей крута Велняса-Велса, чей мифологический код определяется исследователями как «низ», «вода», «плодородие» и «мир мертвых» (Иванов, Топоров, 1980, с. 154, 228). Велняс (Велс-Велес-


109




Волос - у восточных славян) - «антагонист» Перконса-Перкунаса-Перуна - широко известен и у балтийских, и у восточнославянских народов, однако именно он отсутствовал в языческом пантеоне пруссов, как его описывают исторические источники (Grunau, 1876, S. 78). Его место здесь занял Патолс (и отчасти Потримпс), ассимилировавшие некоторые его черты (связь с миром мертвых - у Патолса, связь с водой, змея в качестве посвященного животного у Потримпса), но составлявшие единую триаду и почитавшиеся вместе с Перконсом на возвышенности, у священного дуба. Можно предположить, что, в частности, это различие между прусским и литовским язычеством вызвало обилие культовых камней с чашеобразными выемками на территории Литвы и «непопулярность» их на прусской территории (во всяком случае, на территории Самбии, где располагались большинство известных культовых камней).
Нельзя не отметить и еще одну черту культовых камней из рассматриваемого региона. Здесь значительно чаще, чем в Литве, культовые камни входят в со-став более крупных и сложных культовых объектов, причем тяготеют не к ритуальному центру, а к границам сакрализованной территории. Такое размещение отчасти сближает их с прусскими каменными извая-ниями, которые, по мнению исследователей, также располагались на границах прусских земель (Кулаков, 1987, с. 95-101; Zulkus, 1989, р. 113.115).
Отмечается также и еще одна функция камней, в том числе и культовых, в контексте ритуальной практики - роль мет или гномонов в своеобразных век-торно-временных структурах, "обсерваториях", выявленных на могильниках и иных культовых объектах (Gusakov, Kulakov, 1991, S. 173, 174). Объект такого рода известен и в Беларуси (Ляукоу, 1992, С. 120-126; Вiцязь С, 1997).
Классификация культовых камней Беларуси (зафиксировано более 1000, паспортизировано около 300) достаточно обширна, включает 2 типа, 8 классов и 25 видов (Ляукоу; Карабанау, Дучыц, Зайкоускi, Вiнакурау, 1997а). Принципиально она содержит те же категории, что отмечались для Литвы, и кроме того - ка-менные идолы (стоды). каменные кресты и культовые сооружения из валунов (Дучыц, 1996; Дучыц, 1997; Ляукоу, Карабанау, Дучыц, Зайкоусы, Вiнакурау, 1997а; Ляукоу, Карабанау, Дучыц, Зайкоусы, Вiнакурау, 19976). Для Беларуси также, как и для Литвы характерно преимущественное присутствие культовых кам-ней не в искусственных сооружениях, а в естественном окружении. Среди них наиболее распространены погребальные камни и камни-следовики (несущие, в большинстве, естественные выемки). Повсеместное распространение культовых камней на территории Беларуси свидетельствует об их устойчивом функционировании в местной культурно-сакральной сфере, причем и здесь существование традиционного варианта славяно-балтского пантеона сопровождается наличием значительного количества культовых камней с углублениями.
Особенности функционирования культовых кам-ней на территории пруссов, рассмотренные выше, позволяют сделать предположение о роли камней в рам-ках ритуала язычества. Они продолжали играть и традиционную роль, но аспект культовой практики был сдвинут в сторону "инструментальных" функций - в качестве объекта-медиатора между "мирами" (при ослабленном собственном действии); в качестве маркеров сакральных границ; в качестве мет и гномонов в векторно-временных системах.

ЛИТЕРАТУРА

 

Вiцязъ С, 1997. Каменны комплекс на Янавым возе-ры // Беларуская думка. № 6. С.150-155.
Даугудис В. 1988. О языческих святилищах в Литое // Археология и история Пскова и псковской земли. Псков.
Дучыц Л., Зайкоускi Э., Ляукоу Э., Карабанау А., Вiнакурау В. 1996. Камянi-следавiкi Беларусi // ГАЗ. №9. С.133-141. Мiнск.
Дучыц Л., 1997. Каменных крыжы // 3 глыбi вякоу (Наш край). №2. С.31-47. Мiнск.
Иванов ВВ., Топоров В.Н. 1980, 1982. Мифы народов мира, тт. 1,2. Статьи "Баттская мифология''. ''Велес", "Перун" и др.
Кулаков В.И., 1980. Ритуальный комплекс в могильнике у Клшщовки // КСИА. Вып. 160.
Кулаков В.И., 1987 Земля пруссов и "прусские земли" // Балто-славянские исследования 1985. М.
Кулаков В.И., 1988а. Птица-хищник и птада-жертва в символах и эмблемах IX-XI вв. // СА. 1988. N 3.
Кулаков В.И., 1988. Дружинные элементы в могильниках пруссов VH - начала XI в. // Археологические памятники европейской части РСФСР. М.
Кулаков В.И., 1990. Древности пруссов VI-ХШвв. // САНВып. Г1-9. М.
Кулаков В.И., 1993. Северная Самбия: апрель 997 года //КСИА. вып. 210.
Кулаков В.И., 1994. Пруссы (V-ХШ в.), М.
Ляукоу Э., 1992. Мауклiвыя сведкi мiнуушчыны Мiнск.
Ляукоу Э., Карабанау А., Дучыц Л., Зайкоускi Э., Вiнакурау В. 1997а Культавыя камянi Беларуси // 3 глыбi вякоу (Наш край). №2. С. 47-68. Мiнск.
Ляукоу Э., Карабанау А., Дучыц Л., Зайкоускi Э., Вiнакурау В., 19976 Чортавы камянi // Гiстарычна-археалагiчны зборнiк". №11. С.151-156. Мiнск.
Мялешка М., 1928. Камень у вераваннях i паданнях беларусау // Запiскi аддзелу гуманiтарных навук. Кн.4 Пра-цы катэдры этнаграфii. Т.1. Мiнск. С.155-182.
Мержинский А.Ф. 1898. О надравском жреце огня Криве // Труды девятого археологического съезда в Вильне. М., Т.1.
Петр из Дусбурга, 1997. Хроника земли Прусской. М.
Русанова И.П., Тимощук Б.А. 1993. Языческие святилища древних славян. М.
Смирнова М.Е., 1992. Городище Куликово // Vakaru baltu istorija ir kultura. Klaipeda,
Смирнова М.Е., 1989. Структура святилищ раннес-редневековых балтов // Vakaru baltu istorija ir archeologija. Klaipeda.
Beckhern C, 1893 Merkwurdige Steine in Ost- und Westpreussen // Altpreussische Monatschrift. Neue Folge, 30. Bd.
Daugudis V., 1992. Pagoniskuju sventyklu Lietuvoje klausimu II Ikikrikscijniskosios Lieluvos kultura. Vilnius.

 


110


 

Gronau W. 1938. Kultstatten bei ostpreussischen Graberfelder // Nachrichtenblatt fur Deutsche Vorzeit. Jahr. 14. Н.3.
Grunau S. 1876. Preussische Cronic. Leipzig. Bd.l
Gusakov M.G., Kulakov V.I., 1991. Heiligtumer im sudlichen Ostseegebiet aus dem 1. Jt. v. u. Z. // Tahreschrift fur mitteldeutsche Vorgeschichte. Bd. 74. Halle/Saale (Berlin).
Kulakov V.I. 1987. Kultsimbole und Kriegerembleme aus dem Baltikum, aus Skandinnavien und Osteuropa im 10. und 11. Jahrhundert // Zeitschrift fur
Archaologie des Mittelalters. Jg.13. Koln-Bonn.
Kulakov V.I., 1995. Der Goldreif von Strobjehuen und seine Bedeutung im Beziehungsgeflecht von Prussen und Steppenvolkem // Acta Praehistorina et
Archeologica. Bd. 26-27. Berlin, 1994-1995.
Kulakovas V., Simenas V. 1990. Sventasis prusu ir «Prusos» klubo zenklas // Ramuva Vilnius.
Lucas David. 1812. Prcussische Cronic. Konigsberg.
Matulis R., 1990. Istoriniai akmenys. Vilnius.
Stanaitis A. 1997 Akmuo - ribozenklis Punioje // Baltu archeologija, Nr 1 (10). Vilnius.
Urtans J., 1990. Pedakmeni, robozakmeni, muldakmeni. Riga.
Voigt J. 1827. Geschlinhte Preussens. Konigsberg
Zulkus V., 1989. Tarpgentines dykros ir mirusiuju pasaulis
baltu pasau-leziiroje // Vakaru baltu istorija ir archeologija. Klaipeda.

 

Smirnova M.E.
THE CULT STONES OF EARLY MIDDLE AGES PRUSSIANS.

Summary
The basic part of the article represents the catalogue of cult stones from territory of the Kaliningrad area and northeast part of Poland. The objects known from arhaeological and written data are included in this catalogue. The analysis of the characteristic features of cult stones, comparison of them with cult stones from Lithuania and Belarus allow the author to assume some specific features of their usage in religious practice of early medieval prusses. Presence or absence of certain types of stones the author connects with existence of certain characters of pagan pantheon of the ancient population.