Статьи

Кулаков В.И. История городской археологии Кенигсберга

Выходные данные: Кулаков В.И. История городской археологии Кенигсберга // Балто-славянские исследования. XVII. Сборник научных трудов.-М.:"Индрик", 2006. - С.458-475.

Рис.1, С.460.   Рис.3, С.464.   Рис.5, С.466.   Рис.7, С.468.  
Рис.2, С.462. Рис.4, С.465. Рис.6, С.467. Рис.8, С.470.

458



750 лет тому назад в южной части исторической земли Самбии, в низовьях реки Преголи вознеслись стены замка Тевтонского ордена Regiomons-Konigsberg. Вскоре к северу и к северо-западу от его стен возникла "городская слобода" (Burgfreiheit, civitas), впервые упомянутая в орденских документах 3 мая 1258 г. Несмотря на то, что в 1260 г. это квазигородское поселение исчезло в огне очередного прусского восстания, на берегах Преголи был начат процесс сложения городской агломерации. Топонимические и исторические данные позволяют предполагать основной целью, которую преследовали крестоносцы и немецкие купцы при основании крепости Кенигсберг и города у его стен, контроль над торговыми потоками по реке Преголе, являвшейся удобной водной магистралью на стыке балтского и германского миров (Кулаков 1999, 231). В 1286 г. к югу от стен орденского укрепления фиксируется наличие города Altstadt, население которого в значительной мере составляли торговцы и ремесленники из городов Любека и Эльбинга.
Начальные этапы истории Кенигсберга неоднократно освещались историками на основании разностороннего анализа письменных источников. Автор этих строк также принял посильное участие в развитии этого исследовательского направления (Кулаков 1997, 14-17; Кулаков 1999, 215-233; Kulakow 1999, 153-168). Современное состояние источниковедческой базы настоятельно требует включения в научный оборот информации по истории Кенигсберга, содержащейся в объектах городской археологии. Истории археологического изучения городских культурных слоев Кенигсберга посвящена предлагаемая читателю статья.
Несмотря на европейский приоритет Восточной Пруссии в проведении регулярных археологических изысканий (Кулаков 1994, 1-9). древности, скрытые в культурных напластованиях первой прусской столицы (Берлин лишь в XVIII в. стал политическим центром Пруcского королевства), не вызывали интереса у местных археологов.
Предпринимавшиеся во второй половине XIX в. несистемные, локальные археологические исследования в ближайших пригородах Кенигсберга выявили ряд грунтовых могильников, среди которых Rosenau (аллея Смелых), Kupferberg, Litauer Baum (Московский просп.), Juditten (пос. Менделеево) датируются римским временем II-V вв. н. э. (Gaerte 1925, 1199-1204). В районе Kaiserbrucke (ул. Эпро-


459


новская) отмечались отдельные находки неолитических изделий из рога (Gaerte 1925, 1198).
В эпоху II Рейха на недостаточно высоком уровне были не только исследования древностей Кенигсберга, но и изученность памятников его орденской архитектуры. Лишь весной 1889 г. при ремонтных земляных работах в казарме, занимавшей замковый форбург, были обнаружены хорошо сохранившиеся отопительные печи орденского времени, а также подземный ход, ведший из форбурга в юго-западном направлении (Heydeck 1888/1889, 123, 124).
Также случайно, при строительных работах на форте Gross Friedrichsberg (ныне - в черте пос. Космодемьянское) был найден могильник эпохи викингов. В частности, было изучено погребение знатного дружинника (князя?) со шлемом типа Spangenhelm. Часть его декоративных бронзовых пластин сохранила остатки золочения. Ряд исследователей связывают генезис таких шлемов с древнерусскими или польскими мастерскими (Кулаков 1999, 230). Однако все эти исследования не затрагивали городские культурные напластования на территории Кенигсберга. Причин тому может быть несколько:
1. Плотная городская застройка, препятствовавшая проведению крупных строительных проектов и связанных с ними "новостроечных" археологических работ.
2. Наличие в старой, центральной части Кенигсберга значительного числа частных земельных владений, что не способствовало проведению раскопок.
3. Отсутствие в Восточной Пруссии в XIX в. интереса к городской археологии и, соответственно, научной школы и методики проведения городской археологии.
Лишь в 20-х гг. XX в., в эпоху прусской экономической активности, при проведении реставрационных и строительных работ на территории орденского (с 1701 г. - Королевского) замка в центре Кенигсберга архитектор Фридрих Ларе провел раскопки на замковом дворе и на форбурге (рис. 2, 1). Здесь, к востоку от самого замка были обнаружены фрагменты керамики, куски обработанного кремня (каменные орудия?), остатки очагов с древесным углем, интерпретированные как остатки поселения эпохи неолита (Bohne-Fischer 1941, Abb. 33).
В западной части замкового двора Фр. Ларе в 1926-1927 гг. вскрыл остатки фундамента здания Konventhaus - древнейшей части орденского замка Кенигсберг. Эта постройка, в плане имевшая форму прямоугольника, вытянутого по линии запад-восток, имела размеры 58 х 47,5 м, его внутренний двор имел параметры 22,85 х 29 (рис. 1). Можно лишь


461


делать предположения о датах существования этого ценнейшего памятника орденской архитектуры. Каменно-кирпичные стены Konventhaus возникли, скорее всего, в начале XIV в., их руины в конце XVI в. были уничтожены при строительстве маркграфом Георгом Фридрихом замковой кирхи. К сожалению, самые отрывочные и краткие данные о раскопках и дате обнаруженных руин Konventhaus были опубликованы Фр. Ларсом много позже завершения этих работ, в 1956 г. и являются малоинформативными (Lahrs 1956, 30, 31).
Кроме того, Фр. Ларе вскрыл 4 шурфа в центральной и восточной частях замкового двора, а также на форбурге (рис. 1), на месте будущего Имперского банка. Информация о находках в шурфах на замковом дворе отсутствует. Зато известно, что в шурфе на форбурге Фр. Ларе обнаружил серию столбовых ям, принятых им за остатки первого деревянного орденского замка (1255-1260 гг.). Судя по специфическим кольцеобразным в плане группам камней, крепивших основания столбов в ямах (Lahrs 1930, 24, 25), обнаруженное Фр. Ларсом сооружение было некогда возведено в рамках прусской средневековой домостроительной традиции и является, видимо, частью прусского городища, до 1255 г. располагавшегося в центре дубовой рощи Твангсте (прусск. "Поднимающаяся вода = Запруда"), на мысу правого берега р. Преголи.
Несмотря на крайнюю скудость археологических данных, немецкие ученые к первой трети XX в. собрали обширный материал по истории и архитектуре средневекового Кенигсберга. Прежде всего этот материал базировался на искусствоведческих исследованиях, которым на протяжении многих десятилетий подвергались великолепно сохранившиеся постройки исторического центра города, прежде всего - Королевский замок. В частности, была досконально выяснена планиграфия замковых укреплений (Grabe 1888/1889, Taf. XVIII).
В эпоху III Рейха внимание немецких ученых и администраторов в целом к культурному наследию страны, а в частности - к историческим памятникам Кенигсберга резко возросло. Это, в частности, результат партийной культурно-политической программы "Regermanisierung der Deutschen" ("Регерманизация немцев").
На основании фундаментальных исследований стоявших в неприкосновенности памятников средневековой архитектуры и связанного с ними обширного актового материала городской муниципалитет в соответствии с имперским законом об охране исторического наследия, в результате проведенных в 1927-1938 гг. исследований создал план зон исторической застройки Кенигсберга (рис. 2). Этот досконально составленный документ стал основой как для точнейшего определения охранных зон городской застройки (Gause 1971, Inv. № 1702), так и для различных форм прикладных проектов, в частности - картирования


463


цеховых мастерских (рис. 3) средневековой орденской столицы (Franz 1939, Einfuhrungskarte).
Казалось, город на Преголе навеки застыл в изгибах своих средневековых улочек, что великолепно видно на аэрофотоснимке (рис. 4). Неспешный ход изучения истории Кенигсберга, очевидно, не нуждался в археологических исследованиях: ведь многие городские строения не меняли своего облика с XV в. Здесь, видимо, таится 4-я причина слабого развития до 1945 г. городской археологии Кенигсберга: немецким коллегам вполне было достаточно видимых, не скрытых землей свидетельств городской истории, в археологических раскопках не было нужды.
Но вся эта идиллия кончилась буквально в течение нескольких дней: 27-30 августа 1944 г. весь исторический центр Кенигсберга был сожжен фосфором в результате серии ковровых бомбометаний английской и американской авиации. Непоправимо пострадали все деревянные части старой застройки. В частности, западный флигель Королевского замка лишился своей двускатной, крытой черепицей крыши (рис. 5). Однако основные каменно-кирпичные стены замка, подлинного символа Кенигсберга, средоточия местной культуры, место расположения Prussia-Museum (рис. 6) продолжали служить доминантой городского центра и после 1945 г.
Тем не менее (точнее - тем более) 3 декабря 1969 г. по косвенно высказанной политической инициативе А.Н. Косыгина и по прямому указанию местного партийно-административного руководства начался процесс планомерного уничтожения Королевского замка. Иными словами, средоточие и символ культуры Пруссии на глазах удивленных зрителей превращался из памятника архитектуры в... памятник археологии. С тех пор по сей день объемный трехмерный образ Королевского замка существует лишь в виртуальной форме (рис. 7).
В 50-х гг., задолго до финала трагедии Королевского замка, первые осторожные попытки изучения культурных напластований южной части Кенигсберга (рис. 2, 2) предприняла первый советский исследователь прусских древностей Фрида Давидовна Гуревич. Правда, результаты этих наблюдений над земляными работами на месте застройки XV-XVI вв. городского района Хабергерг так и не были опубликованы.
В целом следует отметить то, что процесс изучения прошлого города на Преголе в советское время велся местными историками и краеведами на недостаточно профессиональном уровне, при использовании ограниченного круга письменных источников и, к сожалению, был политически ангажирован (Кулаков 1998,128-135).
В начале эпохи Perestrojka развитие городской археологии Кёнигсберга обрело новый импульс. В сентябре 1993 г. по инициативе


469


Комитета по делам имущества мэрии г. Калининграда Балтийской экспедицией Института археологии РАН были впервые после 1926-1927 гг. предприняты раскопки на территории Королевского замка (Архив ИА РАН, P-I, Кулаков 1993). Раскоп I (рис. 2, 1; 8) имел размеры 5 х 4м, выбран на глубину до 3 м. В раскопе ожидалось обнаружение остатков фундамента башни фогта Дитриха фон Лиделау. Однако вместо этого в раскопе была выявлена глинистая "фундаментная подушка" - ступень пархама к востоку от искомой башни. В 1995 г. работы на замке были продолжены на раскопе II (размеры 5 х 5м), где был выявлен фундамент северо-восточной части "Здания Унфрида", возведенного в 1701-1705 гг. (Архив ИА РАН, P-I, Кулаков 1995). Впервые с 1956г. информация о раскопках Королевского замка в Кенигсберге увидела свет (Кулаков 1996, 58, 59). Уже в 1996 г. благодаря позитивным результатам работ на раскопе II стало возможным начать плодотворную работу по привязке находящихся под поверхностью бетонной вымостки Центральной площади г. Калининграда руин Королевского замка к современной геоподоснове (рис. 8).
Осенью 1999 г. главный редактор журнала "Spiegel" (Hamburg) Господин Штефан Ауст обратился в Институт археологии РАН и в Калининградский историко-художественный музей с инициативой продолжения археологических раскопок руин Королевского замка при финансовой поддержке упомянутого журнала. В результате в 2000-2005 гг. преимущественно в западной части территории, некогда занятой замковыми постройками, были вскрыты раскопы I, III-XII, в результате чего оказалась расчищенной большая часть подвалов западного флигеля замка (рис. 8). В шурфах 1 и 2 открыты части фундамента здания Konventhaus, перекрытые переотложенными в советское время мощными бревнами (остатки строительных конструкций XV-XVI вв.?). Несмотря на то, что значительная часть подвалов западного флигеля была вскрыта в 1970 и 1971 гг. так называемой "геолого-археологической экспедицией", крайне непрофессионально и, разумеется, безуспешно искавшей Янтарную комнату, обнаружено значительное количество находок, происходящих из этнографической (1-й этаж) и военно-исторической (Moskowiter-Gemach/Saal на 4-м этаже западного флигеля) экспозиций Prussia-Museum, рухнувших в подвал в страшные августовские дни 1944 г. На момент редактирования данной статьи (май 2006 г.) суммарная площадь раскопов, вскрытых Балтийской экспедицией ИА РАН на территории Королевского замка, исчисляется примерно 940 кв. м.
В феврале-марте 1999г. Балтийская и Деснинская экспедиции ИА РАН предприняли совместные раскопки в западной части современного Московского проспекта, на территории средневекового города


471


lobenicht (рис. 2, 3), к востоку от замка. Был вскрыт раскоп размерами 19 х 12 м на глубину 6 м по балтийской системе высот. Обнаружены остатки трех домов по переулку Tuchmaher-Gasse, существовавшие на одних и тех же местах с конца XIII в. по август 1944 г. Прослежены 8 строительных периодов. Выяснилось, что в начале орденского периода истории города пойма протекавшего восточнее замка ручья Липник была заполнена двумя слоями субструкций (преимущественно - конский навоз), перекрытых слоями глины, подстилаемой древесными стружками и щепой. Причина появления этих субструкций - сброс отходов конского выпаса на пастбище Anger-Rofigarten по ведущему на юг естественному стоку - руслу ручья Липник. На глиняной подмазке, перекрывшей слой, возникший после 1265 г., были выстроены деревянные дома, которые предположительно можно связать с первыми городскими домами Лёбенихта, 27 марта 1300 г. получившего от комтура орденского замка Кенигсберг Бартеля Прюхавена кульмское городское право. Эти первые городские постройки были разграблены и сожжены в результате восстания 1295 г., которым на территории Самбии руководил прусс Сабино. Вскоре после этого руины домов были перекрыты глиняной субструкцией, мощность которой достигала 20 см. На ее поверхности были возведены новые сооружения Лёбенихта (строительный ярус 2). Они использовали в качестве фундамента деревянные остатки домов, построенных здесь ок. 1300 г. На протяжении XIV - начала XV в. в исследуемом квартале г. Лёбенихта функционировали дома, относимые к трем строительным ярусам, попеременно уничтожавшиеся пожарами и наводнениями в результате весенних разливов р. Преголи и ручья Липник (Катцбах). Дома строительного яруса 4 погибли в третьей четверти XIV в. в результате внезапного нападения противника. Трагические события этого времени сопровождались пожаром, вызванным зажигательными арбалетными стрелами, наконечник одной из них удалось найти. Позднейшие строительные ярусы также сохранили следы военных столкновений, связанных, видимо, с Войной городов ("Тринадцатилетняя война"
1454-1466 гг. - ярус 5, крушение власти Тевтонского ордена - ярус 6). Находки, сделанные на этих ярусах, показывают высокий уровень благосостояния жителей изучаемого квартала. Еще в середине XIV в. они стали постепенно оставлять занятия сельским хозяйством и на профессиональной основе приступили к косторезному, кожевенному и прядильному ремесленному производству. При этом остатки, связанные с работой представителей различных профессий, нередко обнаруживаются в пределах одного помещения. Это свидетельствует об отсутствии жесткой специализации местных мастеров, которые могли заниматься различными, нередко - не смежными произ-


472


водственными процессами. В XVI в. резко падает число находок в слое. ненужный мусор начинает централизованно вывозиться в определенные пункты за пределами массовой застройки для дальнейшего использования в качестве грунтового балласта (субструкции) (см. ниже). Материал обнаруженный при раскопках Лёбенихта, исчисляется более чем 1000 экз. индивидуальных находок (Архив ИА РАН, P-I, Кулаков 1999).
Осенью 2001 г. М. Г. Гусаков произвел раскопки на месте буду, щей стройки нового корпуса Музея Мирового океана (рис. 2, 4). Ввиду крайне неблагоприятных погодных условий заполнение раскопа не было выбрано полностью (Архив ИА РАН, P-I, Гусаков 2001 а). Работы на нем были остановлены на уровне выявленных на глубине ок. 1,5 м субструкции в виде переотложенных мусорных напластований XVII в. Они были перевезены сюда из неизвестного нам района старого Кенигсберга для осушения данной части правого берега р. Самбийской Преголи для расширения складской территории Lastadie. В том же году М. Г. Гусаков провел шурфовку в западной части исторического городского района Vordere Vorstadt (рис. 2, 5), у южного портала здания Биржи (ныне - Дом культуры моряков), где, натолкнувшись на остатки фундаментов XVII в., прекратил работы, не дойдя до материка (Архив ИА РАН, P-I, Гусаков 2001б).
В апреле-мае 2004 г. Балтийская экспедиция ИА РАН предприняла охранные раскопки в восточной части исторического городского района Vordere Vorstadt (рис. 2, 6), к югу от Домского собора на о. Кнайпхоф. Судя по геоморфологическим характеристикам, зона раскопок является речной поймой, уровень которой искусственно приподнят при помощи многочисленных подсыпок грунта. Прямые свидетельства историков Кенигсберга подтверждают это предположение: "Местность восточнее Дангассе от Прегеля и до Цугграбена (ныне засыпанная осушительная канава примерно в 200 м от северного шурфа. -- В. К.) представляла из себя ранее только Хольцвизен (нем. "Дровяные луга"), да и теперь (в 1895 г. - В. К.) еще кое-где имеется Хольцплатце (нем. "Дровяные площадки")... (к югу от Хольцвизен, где и находятся участки под застройку. - В.К.) ...после пожара 1811 г. была проложена дамба, для которой использовались громадные груды золы и обломков после пожара для ее осушения (здесь было болото)..." (Фонды КОИХМ, Армштедт, Фишер 1895, 41, 43 По данным кёнигсбергской картографии, с 1613г. этот луг уже плотно занят штабелями дров. Исторической застройки в этой части города не существовало по причине высокой влажности речной поймы, с которой горожане пытались справиться путем подсыпок мусорными слоями, привезенными со стороны. В зоне, предназначенной на ул. Эпроновской для будущего строительства, были вскрыты северный шурф


473


размерами 4 х 4 м (глубина до материка 3,40 м) и раскоп I размерами 12 х 5 м (глубина до материка 3,60 м). В шурфе и раскопе I отмечены 4 и 3 скопления прослоек, разделенных известняковыми прослойками. Все напластования имеют характер техногенных субструкции, содержат перемешанный материал, на нижнем горизонте датируемый XVII в. с отдельными включениями керамического материала XVI и даже XV вв. Этот факт дополнительно подчеркивает мусорный характер данных напластований, собиравшихся и вывозившихся из города в Новое время централизованно, организованными в рамках муниципалитета бригадами. Как показали в 1999 г. раскопки на Лёбенихте и в 2001 г. на Lastadie (на месте будущей стройки нового корпуса Музея Мирового океана), культурные напластования с находками с начала XVII в. в Кенигсберге in situ практически отсутствуют, весь мусор вывозился. Как выяснилось - на низменные берега Преголи, для засыпки поймы, где грунтовые и речные воды присутствуют в толщах земли и сейчас. Анализ почв северного шурфа и раскопа I, проведенный научными сотрудниками географического факультета Калининградского Государственного университета, полностью подтвердил результаты археологических раскопок.
На фоне работ, проводимых в последнее десятилетие в историческом центре города на Преголе, особняком стоят охранные раскопки, предпринятые Балтийской экспедицией ИА РАН на месте будущего строительства делового центра "Калининград-750" в южной части площади Победы (бывш. Hansa-Platz, у Штайндамских ворот, прорезавших внутренний городской оборонительный пояс). Здесь в раскопе 8 х 4 м, выбранном до материка, на глубине 0,8 м были обнаружены часть фундамента павильона торговой Восточной выставки, открытой на северной окраине Кенигсберга в 1922 г., и две ямы. Последние, не исключено, остались от эксгумированного в 1910-1912 гг. Трагхаймского общинного кладбища. Этот раскоп - единственный из вскрытых в городе площадей, давший исключительно новейший материал.
Итак, практически не развивавшиеся до 1993 г. работы по изучению городской археологии Кенигсберга получили мощный импульс с началом раскопок руин Королевского замка. Примечательно то, что очевидцы и даже участники взрыва Королевского замка в 1958, 1960-1961, 1969-1970 гг. видят раскопки и даже интересуются их результатами. Рост уважения к отечественному законодательству об охране археологического наследия (2002 г.), повышение общего культурного Уровня коммерсантов, связанных с процессом строительства, ужесточение мер, применяемых к нарушителям норм вышеупомянутого законодательства Управлением культуры, обеспечили заметный прогресс в археологическом изучении культурных напластований Кенигсберга.


474


Однако по сей день серьезное беспокойство вызывает отсутствие в Калининграде собственной школы прусской археологии в целом и городской археологии в частности.
Итак, потенциал городской археологии Кенигсберга можно кратко суммировать следующим образом:
A. До начала "перестройки" городская археология Кенигсберга практически не была известна науке.
Б. Первые исследования городского культурного слоя города на Преголе выявило в пределах трех городов, объединившихся в единый Кенигсберг в 1724 г., мощные культурные напластования толщиной в ряде случаев до 6 м.
B. Спецификой культурного слоя Кенигсберга является его нередко высокая влажность, хорошо сохраняющая органику.
Г. В непосредственной близости к урезу воды реки Преголи выявлены переотложенные слои, происходящие из помоек XVII-XIX вв., с отсутствием археологических комплексов и, соответственно, практически лишенные привычной для городского археолога информации о постройках, закрытых комплексах и находках in situ. Культурными слоями эти мусорные субструкции в строгом смысле слова не являются.
Сложнейшая картина городской археологии Кенигсберга нуждается в тщательном профессиональном изучении. Проблема осложняется внедрением опорного плана г. Калининграда и острой необходимостью соблюдения законодательства России об охране археологического наследия. Эта необходимость вызвана ростом с 2003 г. количества новостроек в городе на Преголе. Современный Калининград остро нуждается в развитии городской археологии Кенигсберга.

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ

КОИХМ - Калининградский Областной историко-художественный музей.
Кулаков 1994 - Кулаков В. И. Юбилеи прусской археологии // Археологический бюллетень. М., 1994. № 4 (20).
Кулаков 1996 - Кулаков В. И. Исследования фундамента Королевского Замка в центре современного г. Калининграда // Археологические открытия-1995. М., 1996.
Кулаков 1997 - Кулаков В. И. Происхождение и символика герба Альтштадта (Кенигсберг). Постановка проблемы // Гербовед. М., 1997. № 3.
Кулаков 1998- Кулаков В. И. История Кенигсберга в отечественной историографии с 1945 г. // Калининградские архивы. Материалы и исследования. Вып. 1. Калининград, 1998.
Кулаков 1999 - Кулаков В. И, Тувангсте и Кенигсберг // Slavia Antiqua. 1999. Т. XL.


475


Bohne-Fischer 1941 - Bohne-Fischer Я. OstpreuBens Lebensraum in der Steinzeit. Eine vorgeschichtliche Landeskunde. K6nigsberg; Berlin, 1941.
Franz 1939- Franz W. Konigsbergs Gewerbe im Mittrelalter// Alt-K6nigsberg. Bd. 2. Konigsberg; Berlin, 1939.
Gaerte 1925- GaerteW. Konigsberg in vorgeschichtliche Zeit// Ostdeutsche Monatschrift. 1925. Bd. 12.
Gause 1971 - Cause Fr. Die Geschichte der Stadt Konigsberg in PreuBen. Koln; Wien, 1971. Bd. III.
Grabe 1888/1889- Grabe D. Geschichte der alten Befestigungen Konigsbergs von den ersten Burganlage im 13. Jahrhundert // Prussia. 1888/1889. Bd. 45.
Heydeck 1888/1889 - HeydeckJ. Ein Ofen zur Heizung mit erwarmter Luft, aus dem Mittelalter // Prussia. 1888/1889. Bd. 15.
Kulakow 1999 - Kulakow W. Od Konungabergu do Kenigsbergu // Archeologia ziem pruskich. Nieznane zbiory i materiafy archiwalne. Olsztyn, 1999.
Lahrs 1930- LahrsFr. Das Ordens erste Burg am Pregel// OstpreuBen 7000 Jahre deutsches Land. Konigsberg, 1930.
Lahrs 1956 - Lahrs Fr. Das Konigsberger SchloB. Wurzburg, 1956.

Архивные материалы

Архив ИА РАН, P-I, Гусаков 2001а - Архив ИА РАН, P-I. Гусаков М. Г. Отчет об охранных археологических раскопках на территории нового здания Музея Мирового океана, расположенного по адресу: г. Калининград, наб. Петра Великого, в 2001 г. № 23403.
Архив ИА РАН, P-I, Гусаков 2001б - Архив ИА РАН, P-I. Гусаков М. Г. Отчет о работах у Дома культуры моряков в 2001 г.
Архив ИА РАН, P-I, Кулаков 1993 - Архив ИАВ РАН, P-I. Кулаков В. И. Отчет о раскопках Королевского замка в 1993 г., № 18545.
Архив ИА РАН, P-I, Кулаков 1995 - Архив ИА РАН, P-I. Кулаков В. И. Отчет о раскопках Королевского замка в 1995 г., № 18555.
Архив ИА РАН, P-I, Кулаков 1999 - Архив ИА РАН, P-I. Кулаков В. И. Научный отчет о работах по теме "Проведение охранных археологических работ на территории реконструкции АЗС по Московскому проспекту в г. Калининграде на площади, предназначенной для наливных систем", 1999.
Архив ИА РАН, P-I, Кулаков 2004 - Архив ИА РАН, P-I. Кулаков В. И. Отчет о раскопках Королевского замка в 2004 г.
Фонды КОИХМ, Армштедт, Фишер 1895 - Фонды КОИХМ. Армштедт Р., Фишер Р. Краеведу о Кенигсберге в Пруссии, Кенигсберг в Пруссии. 1895 (рукописный пер. на русский язык, 1990).

 

Балто-славянские исследования. XVII. Сборник научных трудов. - М.: Индрик, 2006. - 528 с.

© Институт славяноведения РАН, 2006 © Коллектив авторов, 2006 ISBN 5-85759-383-2 © Издательство "Индрик", 2006