Статьи

Кулаков В.И. Раскопки поселения и могильника эпохи викингов Kауп. 1956-2004 гг.

Выходные данные: Кулаков В.И. Раскопки поселения и могильника эпохи викингов Kауп. 1956-2004 гг. // Балто-славянские исследования. XVII. Сборник научных трудов.-М.:"Индрик", 2006. - С.413-457.


413


Уникальный для Балтии (рис. 1, А) и всех раннесредневековых европейских древностей археологический комплекс Кауп включает открытое торгово-ремесленное поселение, курганно-грунтовой могильник нач. IX - нач. XI в. (Кулаков 1989, 95-98). С ними соседствуют грунтовые могильники V-VI (?) (Bujack 1885, 37, 38) и XI вв. (Engel 1932, 140).
Интересующий нас комплексный археологический памятник расположен в историческом лесном урочище Кауп (букв. "Торжище"), находящемся в 3 км к югу от г. Зеленоградска, на северо-западной окраине пос. Моховое (бывш. Wiskiauten, Kr. Samland) (рис. 1). В 1932 г. в ходе немецко-шведского проекта был снят план могильника и проведен подсчет курганных насыпей, которых оказалось 215 (Nerman 1942, 94). На 1980 г., время съемки современного топографического плана Каупа (рис. 1), в пределах этого лесного урочища насчитывалось 203 курганных насыпи. Количество грунтовых погребений на могильнике учету не поддается ввиду отсутствия у них наружных признаков. Размеры поселения, частично перекрытого курганно-грунтовым могильником, достигают параметров не менее 400 х 250 м. Размеры некоторых старейших лиственных деревьев в этом лесном Урочище таковы, что можно предполагать их возраст в пределах не менее 500 лет. Именно полтысячелетия тому назад началось интенсивное сельскохозяйственное освоение земель, под распашку очищались от деревьев все новые и новые участки, но лес Кауп не подвергся вырубке. Очевидно, что даже в орденскую эпоху местные жители помнили о расположенных здесь курганах, скрывавших останки купцов и воинов эпохи викингов. Данная часть северной Самбии, не исключено, была сакральной для аборигенов и, соответственно, являлась запретной для освоения.
История открытия археологического комплекса Кауп забыта в Странах Запада и неизвестна восточноевропейским коллегам. Премьер-лейтенант Вульфф, проходивший службу во 2-м Восточнопрусском гренадерском полку, в ходе учений, проводившихся в районе поc. Muhlsen (Kr. Fischhausen/Samland, ныне - пос. Охотное Зеленоградского района) в августе 1865г., в свободное от занятий время


416


изучал окрестности района дислокации своего полка и опрос местного населения относительно находок древних раритетов. В частности, в имении Wiskiauten премьер-лейтенант Вульфф установил факт находок крестьянами в соседнем с имением лесу Кауп человеческих и конских костей, копий, ножниц, причем один из ных там топоров лейтенант приспособил к работе. 3 августа 1865 г. в послеобеденное время Вульфф вместе с несколькими солдатами в центре леса Кауп начал раскопки кургана, в котором было сделано множество находок эпохи викингов (Wulff 1865, 641-646). Открытие любознательного гренадерского офицера привлекло к археологичесскому комплексу Кауп внимание кенигсбергских археологов и на протяжении 1873-1937 гг. на могильнике было раскопано не менее 86 курганов (Muhlen 1975; Кулаков 1996, 140).
В послевоенное время, после вхождения северной части Восточной Пруссии в состав РСФСР Кауп долгое время не привлекал внимание советских археологов. С 1947г. впервые в истории советской (да, впрочем, и русской) археологии были начаты работы по изучению древностей пруссов. Они проводились Калининградским отрядом Прибалтийской экспедиции под руководством Фриды Давидовны Гуревич (г. Ленинград). Долгие годы она исследовала памятники прусской археологии. Лишь в 1956 г. ленинградская коллега изменила круг своих научных интересов и начала раскопки Каупа. Не исключено, что перед Ф. Д. Гуревич в духе того времени была поставлена задача найти в курганах Каупа свидетельства присутствия славянских или балтских культурно-этнических элементов. Работы проводились Ф.Д. Гуревич и в сезоне 1958 г. Ниже предлагается свод информации о комплексах, изученных упомянутой коллегой на могильнике Кауп. Нумерация этих комплексов закодирована по принципу, предложенному для погребальных комплексов Восточной Пруссии Генрихом Кемке (Tischler, Kemke 1902). При этом слева от косой скобки показан номер кургана по данным подсчетов 1956, 1958 и 1980 гг., вой части индекса - по старой нумерации, использованной в каталоге Бернта фон цур Мюлен (Muhlen 1975).
Каталог комплексов, раскопанных на Каупе в 1956 и1958 гг.
Курган I/ (рис. 2, KI/) имеет насыпь планиграфически полуквадратную, размерами 6 х 6 м, высотой 1 м. Насыпь состоит из супеси, в ней рассеяны фрагменты круговых сосудов с отогнутым венчиком. В северном секторе насыпи, на материке выявлено скопление частиц древесного угля неправильных очертаний. В центре кургана найдены фрагменты гвоздя и заклепки. Граница насыпи маркирована несколь-


417


кими валунами (Архив ИА РАН, P-I, Гуревич 1956). Курган является кенотафом и, судя по наличию в нем фрагментов круговой посуды, относится к концу X - началу XI в.
Курган II/ (рис. 8, КII/) имеет планиграфически подтреугольную насыпь размерами 7 х 7 м, высотой 0,7 м. В центре насыпи стоял камень-Malstein. В насыпи обнаружена прослойка песка и мелкие камни, северной половине насыпи на глубине 0,25 м - углистая прослойка, там же глиняная обожженная (?) "платформа" мощностью 0,25 м, перекрывавшая разрозненные обломки кальцинированных костей. В центре кургана группой обнаружены железный умбон щита и нож (рис. 6, КII/) (Архив ИА РАН, P-I, Гуревич 1956). Курган содержит останки мужчины-воина, датировка погребения не ясна.
Курган 111/ имеет округлую (?) насыпь диаметром 12 м, высотой 1,25 м. В восточной половине насыпи найдены кости животных, в насыпи на разной глубине встречены обломки круговой керамики. На материке расчищено небольшое скопление обожженной глины (Архив ИА РАН, Р-1, Гуревич 1956). Курган является кенотафом и, судя по наличию в нем фрагментов круговой посуды, относится к концу X -началу XI в.
Курган 1/ имеет насыпь диаметром 6 м, высотой 0,6 м. В северо-восточном секторе насыпи на материке выявлены остатки сожжения на стороне - золисто-углистое пятно диаметром 0,3 м. Судя по сохранившимся in situ древесным волокнам, остатки сожжения были принесены с костра на место будущего кургана в деревянных носилках. Среди остатков сожжения обнаружены предметы со следами пребывания на костре: фрагменты пары бронзовых овальных фибул типа J.P. 55 с обрывками бронзовых цепочек, серебряный перстень, Фрагмент бронзовой пряжки, семь стеклянных бусин (рис. 3) (Архив ИА РАН, Р-I, Гуревич 1958). По фибулам это женское захоронение датируется временем около 1000 г. (Кулаков 1989, 90).
Курган_2/ (рис. 2, К2/) имеет насыпь округлой формы, диаметром 6 м, высотой около 0,6 м. В насыпи, содержавшей много мелких камней на глубине 0,25 м выявлен слой глины, под которым было обнаружено округлое скопление мелких кусков древесного угля диаметром 2,5 м и толщиной 0,2 м. В этом скоплении были рассеяны редкие комки кальцинированных костей, среди которых обнаружены: согнутый меч типа J. Р. V с серебряной плакировкой навершия рукояти и перекрестия (рис. 4), с клеймом ULFBERHT на клинке (расчищен в 1980 г. А. В. Григорьевым - рис. 5), два ланцетовидных наконечника копья (один погнут) с врезным пламевидным орнаментом на втулках, нож, три брускообразных наконечника стрел, кольчатые удила с двучастным витым трензелем, обломки одночастного костяного гребня,


422


фрагменты железных накладок шкатулки, обломок бронзового коромысла складных весов (Архив ИА РАН, P-I, Гуревич 1958; Гуревич 1967, 201-204). Это захоронение мужчины-воина датируется по мечу 875-925 гг. (Кулаков 1989, 88).
Курган 3/ имеет насыпь округлой формы, диаметром 5 м, высотой 0,6 м. На вершине насыпи отмечен каменъ-Malstein Под этим камнем на глубине 0,55 м выявлены скопление частиц древесного угля и обломки кальцинированных костей. В восточном секторе насыпи найдены два фрагмента лепного сосуда желтого цвета с песком в примеси (Архив ИА РАН, P-I, Гуревич 1958). Датировка погребения не ясна.
Курган 4/ (рис. 2, К4/) имеет насыпь округлой формы, диаметром 7 м высотой 0,6 м. На вершине насыпи отмечен камень-Malstein. На глубине 0,1 м в северо-восточном секторе насыпи расчищена кладка из валунов, имеющая подквадратную форму размерами 1 х 1 м и являющаяся крепежом основания деревянного памятного (?) столба на кургане. К северо-востоку от этой кладки выявлено небольшое скопление древесных углей. В северной части насыпи найдена несожженная кость собаки. В юго-восточном секторе насыпи обнаружены нож и железный брусок (Архив ИА РАН, P-I, Гуревич 1958). Датировка погребения не ясна.
Курган 5/ (рис. 2, К5/) имеет насыпь округлой формы, диаметром 6 м, высотой 0,65 м. В южной половине насыпи обнаружены группа обломков кальцинированных костей, бронзовая пряжка, железный наконечник стрелы (рис. 6, К5/) (Архив ИА РАН, P-I, Гуревич 1958). Датировка этого мужского погребения не ясна.
Курган 6/ имеет округлую в плане насыпь диаметром 5 м, высотой 0,7 м. На вершине насыпи отмечен камень-Malstein. В восточной половине насыпи на материке найдено скопление частиц древесного угля и обломков кальцинированных костей. В этой насыпи и в некоторых других курганах Каупа Ф. Д. Гуревич отмечала находки "обожженных желудей" (интерпретировавшиеся как остатки заупокойных жертвоприношений), которые на самом деле являлись вполне современными желудями, припрятанными мелкими грызунами в свои норы или же, как показывают новейшие исследования курганов Kayп, естественными скоплениями ожелезненной супеси. Невдалеке от скопления кальцинированных костей был найден обломок ланцетовидного наконечника копья с врезным пламевидным орнаментом на втулке (Архив ИА РАН, P-I, Гуревич 1958). Согласно этой находке захоронение мужчины-воина в К6/ датируется X в.
Курган 7/ имеет округлую (?) насыпь. В насыпи с остатками трупосожжения обнаружены находки, носившие следы воздействия погребального костра: клевец с серебряной плакировкой в тыльной своей


423


части и с ритуально согнутым острием, ланцетовидная стрела, обломки двуx ланцетовидных наконечников копий, сломанная коса (пила?) и двучастное витое грызло от кольчатых удил (рис. 7) (Архив ИА РАН, P-I Гуревич 1958). Датировка этого погребения мужчины-воина по предметам вооружения - X в.
Курган 8/ (рис. 2, К8/) имеет овальную насыпь размерами 5 х 4,5 м, высотой 0,6 м. В центре насыпи на глубине 0,4 м открыто скопление мелких камней и углей - остатки крепежа основания памятного (?) столба. В западной половине насыпи на глубине 0,5 м отмечен слой глины, перекрывающий (?) пятно частиц древесного угля. В северо-восточном секторе насыпи на материке найдена с несколькими обломками кальцинированных костей бронзовая пластинка (накладка?) (Архив ИА РАН, P-I, Гуревич 1958). Датировка этого погребения не ясна.
Курган 9/ имеет подквадратную насыпь диаметром 6 м, высотой 0,4 м. В центре насыпи вертикально стоял камень-Malstein. Иные находки в кургане отсутствуют (Архив ИА РАН, P-I, Гуревич 1958). Этот курган является кенотафом с неясной датировкой.
Курган 10/ имеет округлую насыпь диаметром 4,5 м, высотой 0,5 м. В центре насыпи стоял камень-Malstein. В восточной половине насыпи на глубине 0,4 м выявлено скопление частиц древесного угля с небольшим количеством обломков кальцинированных костей (Архив ИА РАН, Р-I, Гуревич 1958). Дата погребения не ясна.
Курган 11/ (рис. 2, К11/) имеет округлую насыпь диаметром 6 м, высотой 0,5 м. В центре насыпи стоял каменъ-Malstein. В западной половине насыпи, под дерном обнаружено скопление углей, ниже, на глубине 0,4 м - угли и обломки кальцинированных костей. Ниже камня-Malstein, на глубине 0,45 м выявлено пятно угля, в котором обнаружены: фрагмент звена бронзовой цепи, красная пастовая бусина бочонковидной формы, серая стеклянная бусина, три бусины синего стекла кольцевидной формы, три стеклянные оплавленные бусины. Дата этого женского погребения не ясна.
Каменная "кладка" I у кургана KI/ (рис. 8, KI) является на самом деле, скорее всего, жертвенным комплексом, имеет размеры 4,5 х 0,75 м, ориентирована по линии север-юг. На глубине от 0,20 до 0,30 м под каменной кладкой были обнаружены мелкие обломки древесных углей, несожженные (?) кости животных и фрагменты лепной керамики (Архив ИА РАН, Р-I, Гуревич 1956, № 1290).
Каменная "кладка" 1 (рис. 8) имеет круглую форму диаметром около 2 м, камни в кладке лежат двумя концентрическими кругами, в центре оставляя пространство диаметром 0,20 м, предназначавшееся основания столба, с северо-запада подпиравшегося довольно крупным валуном. К западу от кладки обнаружено скопление кусков


426


древесного угля, между ними и кладкой выявлено несколько обломков кальцинированных костей. Под камнями в северной части кладки найдены: фрагмент бронзовой цепочки, обломок стеклянной синей бусины, оплавленная стеклянная желтая бусина, кремневое изделие (?) (Архив ИА РАН, P-I, Гуревич 1956). Данный комплекс является, скорее всего, особой формой женского трупосожжения с неясной датировкой
Каменная "кладка" 2 (рис. 8) имеет круглую в плане форму метром около 1 м, камни в кладке лежат двумя концентрическими кругами с большим камнем в центре этой конструкции. Находки под камнями не обнаружены. Данная кладка имеет, скорее всего, культовую функцию, ее датировка не ясна.
После завершения в 1958 г. Ф.Д. Гуревич археологических работ в Калининградской области лесное урочище Кауп долгое время было лишено внимания ученых и, к сожалению, все в большей степени привлекало внимание "копателей". Ими было сделано большое количество ценнейших находок в курганах Каупа. Некоторая часть этих предметов в конечном итоге поступила в фонды Калининградского историко-художественного музея (например - рис. 9), отдельные находки из их числа были мною опубликованы (Koulakov 2000, fig. 6).
Весной 1979 г. Балтийская экспедиция Института археологии АН СССР приступила к процессу дешифровки данных аэрофотосъемки памятников археологии Самбии. В частности, по этим материалам была обнаружена и идентифицирована в процессе работ на местности территория поселения Кауп. Данный памятник археологии частично занят лесным урочищем Кауп и распространяется в юго-западном направлении от "рощи викингов". Поселение занимает участок водораздела рек Вой и Зеленоградка (Кинтава). Подвергаемая распашке, свободная часть территории поселения имеет размеры 250 х 200 м. вся территория поселения имеет размеры не менее 500 х 250 м. По периметру поселение было окружено ныне запаханными валом и рвом. В восточной части поселения располагалось небольшое укрепление типа "борг", размещавшееся на поверхности неолитического кургана 1, раскопанного Иоганнесом Хейдеком. Курганы стали возводиться к западу от "борга", постепенно распространяясь далее на запад, соответственно могли меняться размеры открытого поселения, теснимого могильником. Подобного рода феномен был отмечен в Бирке, где курганы выявлены как на территории "борга", так и на открытом поселении Svartajorden (Лебедев 1977, рис. 1).
В распашке на поверхности открытого поселения в 1979 г. были обнаружены фрагменты лепной керамики, куски сланцевых оселков, обломки роговых и костяных изделий и их заготовки. У юго-западной


428


окраины лесного урочища Кауп для выяснения мощности и характера культурного слоя поселения в 1979г. был сделан раскоп 1 прямоугольной формы, вытянутый по линии север-юг, размерами 4х2 м (рис. 10). В раскопе 1 был открыт культурный слой - суглинок с незначительными золистыми включениями мощностью до 0,7 м с примесью гравия. Слои содержал небольшое количество фрагментеов лепной керамики. В южной части раскопа на материке под развалом мелких камней обнаружена часть углубленного в землю (на 0,25 м) помещения 1. Его заполнение - темный углистый суглинок - содержал обломки лепной керамики. На дне котлована был найден фрагмент стенки кругового горшка с линейным прорезным орнаментом, находящий aналогии в материале курганов Каупа (Muhlen 1975, Taf. 20,2). Кроме того, среди развала камней встречены куски глиняной обмазки, скопление органики (кусок несожженной деревянной детали домовой конструкции?). В центре раскопа 1 на материке была расчищена кольцевидная каменная конструкция - крепление основания столба (рис. 10), характерное для домостроительства пруссов и скандинавов эпохи викингов (Гуревич 1960, рис. 66). В северо-восточном углу раскопа 1 обнаружены 3 ямы, заполненные предматериковым слоем и перекрытые тонкой прослойкой золы заготовки (Архив ИА РАН, Кулаков 1979).
Второй раз возможность исследовать остатки жилища поселения Кауп представилась в 1980 г. При раскопках кургана К172/ к западу от соответствующей половины насыпи кургана был разбит раскоп 2 размерами 10 х 8 м, вытянутый по линии запад-восток, с последующей прирезкой размером 6 х 1 м (рис. 11). Заполнение раскопа- углистый суглинок со значительным содержанием гравия - достигало мощности 1 м. В южной части раскопа 2 был расчищен развал сооруженной из валунов конструкции прямоугольной формы размерами 2,40 х 0,80 м, ориентированной по линии запад - юго-запад - восток-северо-восток. В восточной части раскопа 2 выявлена часть помещения 2 - углубленного в грунт, размерами не менее 7,20х2 м. В центре вскрытой части жилища на его полу зачищена квадратная в плане вымостка из мелких камней размерами 1 х 1 м, мощностью 0,15 м. Среди этих камней были найдены кости животных и редкие древесные угли. По периметру упомянутой кладки прослежены шесть колец из мелких камней - крепежи основания столбов. По линии с северо-востока на юго-запад каменную вымостку прорезает ряд из трех столбовых ям, в древности выкопанных в материке. К юго-западу от вымостки встречено скопление обожженных костей животных и развал кругового оранжево-глиняного горшка. В раскопе 2, кроме того, обнаружены еще три хозяйственные (?) ямы с заполнением суглинком Находки в этих ямах и на материке представлены костями животных


431


и фрагментами лепной керамики. Комплекс археологических объектов, обнаруженный в раскопе 2, интерпретируется, судя по аналогиям из Орхуса (Klindt-Jensen, Ehren 1970, 176), как остатки частично углубленного в грунт скандинавского жилища X - начала XI в. Квадратная каменная вымостка в углубленной части жилища соответствует открытому очагу, столбики вокруг которого держали жаровню (Архив ИА РАН, Кулаков 1980).
Рядом с курганом К174/ в 1980 г. на поверхности грунта частично была выявлена каменная культовая конструкция (рис. 12). Для ее доследования был заложен раскоп квадратной в плане формы размерами 7 х 7 м. Его заполнение составили: дерн мощностью до 0,05 м, подзолистый лесной суглинок мощностью 0,35 м, рыхлый переотложенный предматериковый суглинок мощностью до 0,40 м. В раскопе 2 расчищены два концентрических кольца из камней, пересеченные каменной же сдвоенной перемычкой по линии северо-запад - юго-восток. Почти все камни несут следы подтески. После снятия камней обнаружились одиннадцать овальных в плане ям, выкопанных в материке и заполненных рыхлым предматериковым грунтом. В яме 4 обнаружены две кости барана (?), в яме 3 - железный гвоздь, в яме 6 - позвонок животного. В восточном борту ямы 2 обнаружена ступенька, выложенная крупным гравием. У дна ямы - кольцо из камней - крепеж основания столба. В южной части ямы 1 - квадратная каменная кладка, также являвшаяся крепежом основания столба. В 0,58 м к югу от ямы 2 найдены лежавшие в виде треугольника три камня вытянутой формы, северный - острием вверх. Этот комплекс является жертвенником, что подтверждается следами от режущих предметов на камнях (жертвенные ножи и/или топоры). Описанная специфическая конструкция каменного кольца с перемычкой характерна не только для курганов Каупа (см. настоящую статью, рис. 8), но и для могильных насыпей в соседствующем могильнике Кунтерштраух (Gaerte 1929, Abb. 216). Правда, насыпь над каменной конструкцией, изученной на Каупе в 1980 г., отсутствует (Архив ИА РАН, Кулаков 1980).
После обнаружения в 1979 г. открытого поселения Кауп возник новый стимул для продолжения раскопок курганов, насыпанных его жителями. На протяжении нескольких полевых сезонов Балтийская экспедиция Института археологии РАН изучила следующие курганные насыпи.
Каталог погребальных комплексов, раскопанных на Каупе в 1980, 2000 и 2004 гг.
Курган 172/ (рис. 13) имеет насыпь овальной формы, размерами 7,0 х 6,5 м, высотой ок. 1 м. По периметру насыпь окружена частично


434


сдвоенным кольцом из камней. На одном из них в западной половине насыпи выявлено изображение равносторонней секиры типа J.P.M (Petersen 1919, 46, 47). Под насыпью, составленной из золистого суглинка, обнаружена насыпанная на материке платформа из предматерикового грунта мощностью до 0,30 м. На этой платформе в северо-восточном секторе насыпи выявлен зольник - скопление остатков сожжения на месте с редкими обломками кальцинированных костей. Среди них найдены фрагменты обожженной лепной керамики и бронзовый бубенчик (рис. 14, К172/). С юга зольник прорезан позднейшей ямой с костяком павшего от болезни годовалого колхозного теленка Кроме того, под насыпью выявлены девять ям, из которых лишь одна пронизывает земляную платформу. Остальные ямы выбраны в материке до возведения платформы и до свершения обряда захоронения. Центральная яма заполнена рыхлым переотложенным материковым суглинком и содержит небольшое скопление золы с обломками кальцинированных костей. Сюда были помещены остатки сожжения, осуществлявшегося in situ неподалеку, на грунтовой платформе. К востоку от центральной ямы с погребением, на краю насыпи выявлен фрагмент ровика глубиной 0,25 м. В соответствии с формой бубенчика захоронение в кургане 172/датируется началом XI в. (Архив ИА РАН, Кулаков 1980).
Курган 174/ (рис. 15) имеет насыпь овальной формы, размерами 7,0 х 5,5 м, высотой 0,95 м, сложенную из лесного подзолистого суглинка. При снятии насыпи на материке - светло-коричневом суглинке - была обнаружена платформа мощностью до 0,38 м, сложенная из рыхлого переотложенного материкового грунта. По периметру насыпи обнаружены отдельные камни, в ряде случаев перекрывающие платформу. В северо-западном секторе на границе насыпи выявлены три кольца из валунов средних и крупных размеров, крепившие в древности основания столбов. В центральной части кургана, на материке были обнаружены:
Погребение 1 (западное) в овальной яме, ориентированной по линии северо-восток - юго-запад, размерами 1,45 х 0,85м, глубиной 0,65 м, прорезавшей упоминавшуюся выше платформу. Нижний ярус погр. 1 заполнен переотложенным материком с примесью песка и, возможно, органики, здесь же найден повторно обожженный фрагмент венчика лепного сосуда с крупной дресвой в примеси. На дне могилы - несколько небольших камней. Верхний ярус заполнен остатками погребального костра с 161 обломком кальцинированных костей, среди них - обломок прямоугольного сланцевого бруска с циркульным орнаментом.
Погребение 2 (восточное) в овальной яме, ориентированной по линии северо-северо-восток - юго-юго-запад, размерами 1,55х1,0 м, глубиной 0,58 м, прорезавшей упоминавшуюся выше платформу-


438


ярус погр. 2 перекрыт слоем мелких камней, на дне могилы - несколько небольших камней. Верхний ярус имеет напластование остатков погребального костра мощностью до 0,29 м с 480 обломками кальцинированных костей. Среди них в северо-западной части могильной ямы найдены обожженные предметы: пара бронзовых наконечников ремня, три поясные накладки, треугольная застежка, 10 кусочков бронзы, фрагменты железной пряжки с овальной рамкой, железная накладка три фрагмента лепной керамики (рис. 14, кург. 174/), кусок янтаря.
Оба погребения перекрыты кострищем (из отдельных углистых скоплений с редкими обломками кальцинированных костей) овальной в плане формы, вытянутым по линии запад-восток, размерами 3,20x2,12м толщиной 0,06 м. Под кострищем грунт платформы прокален. В своей западной части кострище перекрывает выбранную в материке на 0,10 м яму 3. Невдалеке расположены яма 1 (с каменным укреплением основания столба на своем дне) размерами 1,60 х 1,0 м, глубиной 0,20 м и яма 2 размерами 1,0 х 0,60 м, глубиной 0,10 м. Заполнение этих столбовых ям - предматериковый грунт. Процесс сооружения кург. 174/ реконструируется таким образом:
A. На древней дневной поверхности были вырыты ямы 1, 2 и 3, причем в ямах 1 и 2 были установлены столбы.
Б. На древней дневной поверхности из материкового грунта сооружается платформа, на которой производится трупосожжение на месте.
B. После свершения сожжения с верхней плоскости платформы выбираются две могильные ямы. В их нижние ярусы помещается органика (результаты жертвоприношений), в верхние ярусы с кострища сгребаются остатки трупосожжения.
Погребения в кург. 174/ по керамике, аналогичной находкам в погребениях Ирзкапиниса X в. (Кулаков 1980, 236), датируются именно этим временем (Архив ИА РАН, Кулаков 1980).
Курган 175/ (рис. 16) имеет насыпь овальной формы, размерами 7,2 х 5,3 м, высотой 0,6 м. После снятия насыпи из золистого суглинка на материке обнаружена платформа из подзолистого грунта с примесью песка, на ней расчищены два скопления остатков погребального костра - следы сожжения на месте. Его остатки были помещены в две могильные ямы, которые прорезают платформу.
Погребение 1 имеет четко разделенные верхний и нижний ярусы. В нижнем ярусе, перекрытом слоем мелких камней, обнаружены остатки погребального костра в смеси с материковым грунтом. В верхнем ярусе, заполненном остатками погребального костра с большим количеством обломков кальцинированных костей, в центре могилы прослежена наибольшая концентрация находок. Среди них - фрагменты кальцинированных орнаментированных роговых (костяных?)


440


пластин от шкатулки, фрагмент обработанного рогового стержня (рукоять ножа?), обломки двустороннего сложносоставного костяного гребня (рис. 14, кург. 175/), бронзовые и железные поясные накладки прямоугольной формы. Важен факт обнаружения остатков роговой обкладки шкатулки непосредственно среди кальцинированных костей погребенного, вместе с плоскими кусками древесного угля - остатками деревянного корпуса этой шкатулки. На некоторых деревянных плашках сохранились по две параллельные врезные линии (разметка для размещения накладок?).
Погребение 2 в овальной яме размерами 2,10 х 1 м. В нижнем ярусе погр. 2 выявлены остатки погребального костра в смеси с материковым грунтом с несколькими обломками кальцинированных костей. Среди них найдены куски кальцинированных роговых пластин с прорезными линейным и циркульным орнаментами (остатки гребня), неорнаментированные полированные костяные пластины, бронзовые заклепки и штифты - остатки гребня (?). Верхний ярус погр. 2 заполнен чистым слоем остатков погребального костра с большим числом обломков кальцинированных костей. Среди них были обнаружены две бронзовые накладки.
К юго-востоку от погр. 1, у края насыпи кургана выявлена круглая в плане яма диаметром 0,35 м, глубиной до 0,17 м, заполненная остатками костра. По периметру этой ямы выявлен ряд мелких камней (Архив ИА РАН, Кулаков 1980).
Дата кург. 175/ определяется по орнаменту шкатулки, находящему аналогии в финских древностях рубежа X-XI вв. (Salo 1978, Taf. XXXIV, 17, 18).
Курган 182/182 (рис. 17) имеет насыпь овальной формы, размерами 5,2 х 6,4 м, высотой 0,75 м. После снятия насыпи на материке обнаружена платформа, сложенная из рыхлого переотложенного материкового грунта. Под ней на материке выявлены пять ям округлой формы. Из них минимум две (№ 1 и 4) - столбовые. Их диаметр - в среднем ок. 0,30 м, глубина 0,25 м. Заполнение ям - переотложенный материк. По периметру насыпи частично сохранилось кольцо из камней. Данный комплекс является, очевидно, кенотафом (Архив ИА РАН, Кулаков 1980).
В 2000г. в отвале из грабительской ямы кург. К-182/182 были найдены железные удила с псалиями, плакированными серебром, и обломки трех железных заклепок (рис. 18). В узле грызла удил - маленький кусок кальцинированной кости.
Курган К-167/167 (рис. 19, 20) имеет подпрямоугольную форму (рис. 19), вытянутую по линии северо-восток - юго-запад. Размер насыпи 9 х 8 м, высотой до 0,40 м. Курган был сооружен на небольшой


447


в сечении пластин (фрагменты шпор или дужки от ведра - № 5, 46), брывки золотых нитей от орнамента одежды, фрагменты деформиованного в огне, пепельно-серого лепного сосуда с обеими заглаженными поверхностями, с примесями в виде частиц полевого шпата, белой (выгоревшей) дресвы и шамота (№ 35, 39), придонная часть второго лепного оранжево-коричневого сосуда (№ 19) с частицами полевого шпата и дресвы в примеси, мелкие фрагменты бронзовых наладок (№ 4, 7), бронзовый бубенчик (№ 16), обломки бронзовой витой гривны (№ 21), обработанный кусок темно-красного гранита треугольной формы (возможно - символ магической силы Одина "Valknut" (др.-исл. 'узел павших'), символизировавший переход между миром живых и миром потусторонним - № 58; 73), кусок оранжевой печины с мелким песком в примеси, одна его сторона обожжена сильнее (остатки погребального ложа?) (№ 54), фрагмент железной булавки (№ 55), мельчайшие фрагменты бронзового ажурного изделия (№ 56), фрагмент стенки буро-черного лепного сосуда с неравномерным обжигом, заглажен с обеих поверхностей, причем снаружи имеются следы ткани, куском которой заглаживали поверхность сосуда, в примеси - частицы полевого шпата и шамот (№ 58). К юго-востоку от этого скопления находок в группе кальцинированных костей была вместе с несколькими частицами золотых тордированных нитей обнаружена согнутая железная поясная (от ремней ножных обмоток или шпорная?) пряжка № 53, фрагмент стенки кругового сосуда с рифленой поверхностью черно-коричневого цвета, обжиг - некачественный (свидетельство перекопа XVIII в.). К северу от гипотетического месторасположения ног погребенного обнаружены слабо погнутые ножницы с прикипевшей частицей деревянной шкатулки (№41, судя по отпечаткам в окалине, ножницы были обернуты в ткань грубого плетения типа мешковины и в ней помещены в шкатулку), железное лезвие складной "опасной" бритвы (№ 22), нож из пакетного железа (№42), два крупных обломка черепных костей, несожженные кости животного (крупный рогатый скот); "в ногах" погребенного, вместе с кусками древесного угля - обломки кальцинированного рогового (?) гребня (№ 23), его обломки встречены в различных частях кострища; к юго-востоку от погребенного, в кв. 42 - железное кольцо от удил (№ 40). К югу от останков погребенного, в кв. 46 вместе со скоплением крупных древесных углей и кальцинированных костей были наивны: фрагмент рогового гребня № 38, обломки лепного сосуда № 32, относящиеся к сосуду №35, 39, кусок печины №40а, железный пред мет прямоугольного сечения, интерпретируемый как часть рукояти меча (№ 52). Также в кв. 46 были найдены колотые обломки обработанного (тщательно заполированного) рога лося (?) (№ 74), которые


448


своим сечением напоминают обкладку рукояти меча. На первоначальное присутствие в погребении меча указывают и рассеянные практически по всему кострищу (в том числе - в районе головы погребенного) мельчайшие фрагменты бронзового (билонового?) наконечника ножен меча (№ 7, 13, 17, 48). Данный артефакт (по П. Паульсену - наконечник "шведско-варяжской группы" - Paulsen 1953, 96) отнесен В. Казакявичюсом к подтипу Iа, датируемому литовским коллегой широко в пределах X - нач. XI в. (Kazakevicius 1998, 290, 291).
Типичных для раннесредневековой прусской культуры находок в кургане не обнаружено. К юго-западу от кострища, в кв. 44 найдены фрагменты одного (?) лепного серо-охристого сосуда (№50, 51), изнутри - загажен, снаружи - легкий глиняный наброс.
Все условия обнаружения находок в кург. 167/167 указывают на то, что зольник был потревожен и некоторая часть находок была отсюда изъята местными селянами в XVIII в.
После разборки кострища и зачистки подошвы штыка 4 выяснилось, что кострище было сооружено на грунтовой подсыпке (песчано-гравийный грунт) толщиной до 0,28 м. Эта подсыпка перекрывала яму 1, выбранную в материке практически в центре кургана. Яма 1 имела подтреугольные в плане очертания и размеры 1,20 х 1,0 м. Ее глубина не превышала 0,1 м. Яма 1 была заполнена крупнозернистым золистым суглинком с большим содержанием гравия. Аналогичные по очертаниям, параметрам и заполнению ямы на уровне материка были обнаружены в 1980 г. в курганах К-172/, К-174/, К-175/, К-182/182 и были интерпретированы как жертвенные (Архив ИА РАН, Кулаков 1980).
В южной части стратиграфического шурфа 167/167, под тремя мощными валунами была обнаружена часть ровика. Его заполнение на уровне материка отличалось относительно окружающего грунта более темной окраской, что было связано со скапливанием фильтровавшейся сквозь почву вниз влаги в ровике. Установлена общая ширина ровика - 0,85 м. Общая глубина ровика от уровня материка достигала 0,48 м. Ровик был заполнен слоем серого мелкозернистого суглинка, идентичным грунту, перекрывающему зольник-кострище.
Реконструировать процесс погребения и устройства насыпи кург. 167/ 167 можно следующим образом. На выбранном для погребения участке курганно-грунтового могильника Кауп была выкопана яма 1, в пределах которой, видимо, были проведены жертвоприношения, не оставившие археологически уловимых следов. Ими могли быть возлияния жертвенной крови, меда, молока и проч. Заполнение ямы 1 на ощупь имеет несколько маслянистую фактуру из-за производившихся здесь возлияний не только в "чистую" яму, но и в процессе ее заполнения грунтом. Затем вокруг ямы 1 был выбран кольцевой ро-


449


вик. Грунт, полученный из ровика, кольцеобразно окружающего К-167/ 167, пошел на создание грунтовой подсыпки, занявшей центральную часть будущего кургана. Не дав этому грунту слежаться, люди, проводившие погребальную церемонию, расчистили центральную часть массива подсыпки, придав ей горизонтальную плоскую форму. Лишняя земля была передвинута к краям насыпи, в результате чего образовался бортик (небольшой вал) вокруг уплощенной центральной части грунтовой подсыпки, наиболее четко прослеживаемый в ее северной и южной частях. На образовавшемся в центре подсыпки уплощенном участке грунта был положен древесный материал, приготовлен погребальный костер, на который и был возложен предназначенный к погребению умерший. Возможно, его тело покоилось на носилках (ложе?), обмазанных глиной, при этом темя умершего было направлено на запад/юго-запад, а его ноги были вытянуты (?) в противоположном направлении. К телу умершего прилагались меч с роговой рукоятью, копье, шпоры (ведро?), ножницы, обернутые в ткань и положенные в деревянную шкатулку, не менее двух лепных сосудов. В состав личного снаряжения умершего входили кафтан или плащ, обшитые по краям золотой крученой нитью, бронзовая гривна, свитая из двух дротов, железная булавка, бронзовый бубенчик, роговой сложносоставной гребень, складная бритва, нож, игральная костяная фишка (№ 103а). Состав инвентаря несомненно характеризует погребенного в К-167/ 167 как скандинавского мужчину-воина. После проведения необходимых для этого культовых действий погребальный костер был подожжен и сгорел дотла. В процессе его горения с кострища скатилась и упала к северу от него шкатулка с ножницами и ножом. После затухания погребального костра были принесены жертвы, ориентированные, видимо, на обеспечение благоприятного ухода духа покойного в мир иной. Следы этих жертвоприношений - обломки сосудов и куски несожженных костей и зубов коровы, сконцентрированные, как правило, вокруг кострища, но не перекрывающие его. Возможно, частью данного этапа жертвоприношения было возложение у головы покойного на кострище камня, обработанного в виде треугольникам валькнута", не сохранившего следов воздействия высоких костровых температур. После этих культовых акций была сооружена каменная крепида, при этом ее края не выступали за пределы сакральной границы насыпи, обозначенной кольцевым ровиком. Сама насыпь кургана, перекрывающая грунтовую подсыпку под кострище, кострище и крепиду, насыпана, судя по всему, из специального котлована, существующего по сей день к северо-западу от него. По наконечнику ножен меча погребение воина-скандинава в К-167/ 167 датируется X в. (возможно - его первой половиной). Этой дате


450


не противоречат остальные находки в К-167/167 (Архив ИА РАН, Кулаков 2000). ИА ?AH,
Курган К-128/146 (рис. 23, 24) имеет овальную в плане насыпь размерами 7,0 х 6,5 м (рис. 23). Как показали раскопки, первоначально насыпь имела круглую форму диаметром 6,5 м, ее очертания и параметры были изменены в результате естественного оплыва грунта насыпи и антропогенной деятельности (капонир в северо-западном и кирпичная кладка военного времени в западном секторах насыпи -рис. 24). При снятии штыка 1 в юго-восточном секторе насыпи был обнаружен фрагмент стенки лепного сфероидного сероглиняного сосуда (рис. 25, № 1), близкого готландской и западнобалтской керамике IX-X вв. подтипа Zulkus A-la (Zulkus 1997, 209). Высота насыпи от подошвы - 0,45 м, от уровня материка - до 1 м. По своему периметру насыпь была окружена редкими камнями, на ее вершине находился камень-Malstein, сдвинутый со своего первоначального места грабительской ямой. После удаления насыпи, сложенной из красно-охристого суглинка с большим содержанием примесей гравия, на материке была выявлена грунтовая платформа, сформированная из материкового суглинка мощностью до 0,15 м. В центре кургана, на грунтовой платформе было расчищено скопление остатков погребального костра, принесенное со стороны, вытянутое по линии северо-запад - юго-восток и имевшее размеры 2,60 х 1,20м при толщине не более 2см. В скоплении среди незначительного количества углей и золы найдено несколько обломков кальцинированных костей, причем части черепа выявлены в юго-восточной оконечности скопления. В северо-западной половине этого скопления обнаружены обожженные: обломок рогового одностороннего гребня с бронзовыми накладками, орнаментированными косицеобразным декором в стиле Elling (рис. 25, №3), железная пряжка с прямоугольной рамкой (рис. 25, №21), железная обоймица - наконечник ремня (рис. 25, № 8), бронзовое кольцо от головной заколки со следами окалины от железной иглы (рис. 25, №4), стеклянные прозрачная (рис. 25, № 26, верхняя) и салатовая (рис.25, № 26, нижняя) бусины, два фрагмента лепной керамики с песком и дресвой в примеси (рис.25, №7, 19). На северо-восточной границе скопления остатков погребального костра, выше его уровня на 0,15 м найдена бронзовая фибула (рис. 25, № 2) типа Kleeblattfibel, относимая Гретой Арвидссон к застежкам группы I (тип J. Р. 97-99) IX-X вв.
Эта уникальная для юго-восточной Балтии находка с лицевой стороны украшена растительным каролингским орнаментом, являющимся несо мненным прототипом для декора в стиле Elling более поздних застежек группы I. Показателен факт использования мастером двух взаимоисключающих декоров ободка фибулы - североевропейского элемента


454


полусвастики и античного, возрожденного в эпоху Каролингов меандра. Очевидно, такой прием обработки поверхности (причем - с применением тончайшего штихеля по отливке) указывает на принадлежность мастера фибулы К128/146 не к скандинавскому этнокультурному сообществу, а к числу западноевропейских носителей каролингских традиций. Упомянутая находка обожжена лишь на 1 кв. мм своей поверхности и является, видимо, заупокойным даром, возложенным на кострище на финальном этапе свершения погребального обряда. С тыльной стороны фибулы, поверх ее железной шарнирной застежки прикипел обломок ножа с бронзовой обоймицей (оковка ножен) и железным окончанием этих ножен. Этот нож являлся подвеской к фибуле, крепившейся с тыла к ней при помощи бронзового кольца с завязанными концами.
После устранения материковой подсыпки в центре кургана, буквально в пересечении бровок раскопа была выявлена заполненная красноватой глиной овальная яма размерами 2,20 х 1,0 м, глубиной 0,70 м. Отсутствие в ней вещевых находок и планиграфическая привязка ямы к границе кострища позволяют полагать некую (культовую?) связь между ними. В юго-западном углу раскопа прямоугольной в плане формы (размерами 9,0 х 8,5 м), которым вскрывался кург. 128/146, уже за пределами насыпи было обнаружено корытообразное углубление в материке. Это углубление было ориентировано по линии северо-запад - юго-восток, имело размеры 2,0 х 1,2м, глубину до 0,05м. Поверхность углубления в его северной половине была сильно прокалена, в его пределах обнаружены редкие частицы золы и мелкие обломки лепной керамики. Как контур углубления, так и контур прокала в нем были обозначены линиями, выложенными из камней. В 1 м к юго-западу от упомянутого углубления в предматерике была расчищена прямоугольная каменная конструкция, по размерам и ориентировке сходная с этим углублением и сопоставимая с кострищем в центре кургана. Камни юго-восточной части конструкции, отдаленной от северо-западной части перемычкой из двойного ряда камней, помещены несколько выше, нежели камни из этой части. Можно лишь крайне осторожно предполагать непосредственную связь этих объектов с различными фазами погребальной церемонии. Их последовательность реконструируется следующим образом:
А. Тело умершей (набор инвентаря характеризует пол погребнного индивидуума как женский) в убранстве возложили на каменную кладку. Возможно, ориентировка тела головой на юго-восток (традиционное для пруссов направление голов умерщвленных для погребальных церемоний коней) подчеркивается повышением в этом направлении уровня каменной кладки. К северо-востоку от нее была начата расчистка поверхности грунта для захоронения.


455


Б. В 1 м к северо-востоку от кладки, ставшей последним ложем для умершей, для нее был приготовлен погребальный костер. Тем временем на месте будущего последнего упокоения праха умершей была выбрана яма для неких культовых (жертвенных) целей. После акта кремации остатки трупосожжения были тщательно собраны и (частично) помещены в центре будущего кургана на специальную грунтовую платформу. При этом была повторена ориентировка каменного "ложа" и погребального костра. Так как остатки черепа были помещены именно в юго-западную часть кострища, можно предположить именно такую направленность головы покойной.
В. После завершения возложения праха покойной с ее вещами на кострище началось сооружение курганной насыпи. При начале работы в район кострища некто из провожавших (женщина?) возложил в виде заупокойного дара трилистную фибулу с ножом-подвеской.
Г. После окончания процесса создания насыпи она была окружена кольцом из камней, а в центре насыпи водружен памятный камень (Архив ИА РАН, Кулаков 2004).
Археологические исследования, проводящиеся с перерывами на Каупе более сотни лет, позволяют очертить вехи жизни этого поселения:
На рубеже VII-VIII вв. в одной из начальных точек торгового "Пути Самбия-Вирумаа" - в дельте реки Вислы - возникает торгово-ремесленный пункт Трусо, современник и партнер фризского Дорестадта и датского Рибе. Населявшие его прусские купцы и воины в жены берут жительниц Готланда. В 60-х гг. IX в. Трусо гибнет в результате внезапного набега викингов (возможно - решение конкурентной проблемы). Несколько ранее, в начале IX в. у пролива Брокист, прорезающего Куршскую косу, у ее основания возникает младший аналог Трусо - Кауп. Наверное, с первых лет его существования к западу от укрепленного возвышенного участка ("борг") возникает курганный могильник, постепенно оттеснявший зону свободного расселения (и проведения сезонных торговых операций) на открытом поселении все далее на запад. Кауп основывают выходцы с Готланда, оставившие в древнейших курганах Каупа находки соответствующего происхождения. Трусо и Кауп, ориентированные на янтарную торговлю, являются первыми в восточнобалтийском регионе протогородскими центрами, ставшими впоследствии важным фактором движения викингов (Кулаков 1996, 140). Эти центры аккумулировали восточную торговлю, что показано выпадением в земле пруссов самых ранних на Балтике кладов диргемов (Kulakov 1992, 112). Столь успешная реализация товарных возможностей купцов Каупа (запасы их основного товара - янтаря - были неисчерпаемы, к тому же, как пока-


456


зывают находки 2005 г., одно из месторождений янтаря находилось в непосредственной близости от поселения) уже с середины X в. привлекала сюда датских торговцев. Более того, именно ради контроля над Каупом на Самбию в середине X в. пришел отряд датских викингов под руководством Хакона, сына известного морского конунга Харальда Синезубого. Датчане установили тогда полный контроль над Каупом и, видимо, частью Самбии, но довольно быстро смешались с местным населением. Как свидетельствует сообщение Саксона Грамматика, конунг Дании Канут Великий в 1014-1016 гг. присоединил к своему королевству значительную часть балтийского побережья (Muhlen 1975, 4), сделав Балтику практически внутренним датским морем. Именно в это время жизнь на Каупе замирает, сам торгово-ремесленный пункт был, скорее всего, уничтожен датчанами по приказу Канута Великого как сильный конкурент датской торговле на Балтике.

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ

Гуревич 1960 - Гуревич Ф.Д. Из истории юго-восточной Прибалтики в I тысячелетии н. э. // Материалы по истории и археологии СССР. Вып. 76. М., 1960. 

Гуревич 1967- ГуревичФ.Д. Норманнский могильник у дер. Вишнево//Скандинавский сборник. Вып. VI. Таллин, 1967. Кулаков 1980 - Кулаков В. И. Результаты раскопок на могильнике у Клинцовка // Acta Baltico-Slavica. Warszawa, 1980. Т. XIII.

Кулаков 1989 - Кулаков В. И. Кауп // Становление европейского средневекового города. М., 1989. Кулаков 1996 - Кулаков В. И. Трусо и Кауп (протогородские центры в земле пруссов) // Российская археология. 1996. № 3.

Лебедев 1977- Лебедев Г. С. Социальная топография могильника "эпохи викингов" в Бирке // Скандинавский сборник. Вып. XXII. Таллин, 1977.

Bujack 1885 - Bujack G. Accessionen des Prussia-Museums pro 1885 // Prussia.1985. Bd. 11.

Engel 1932 - EngelC. Spatheidnische Reitergraber auf den Wikingerfriedhof in der Каuр bei Cranz // Unsere Heimat. 1932. № 12.

Gaerte 1929 - Gaerte W. Urgeschichte Ostpreussens. Konigsberg, 1929.

Kazakevicius 1998 - Kazakevicius V. Is velyvojo gelezies amziaus baltu. ginklu istorijos (kalaviju. makete galit apkalai) // Lietuvos archeologija. Vilnius, 1998.

Klindt-Jensen, Ehren 1970 - Klindt-Jensen O., Ehren S. The World of the Vikings. London, 1970.

Koulakov 2000 - Koulakov V. La terre prusse entre Scandinavie et Orient // Les centres proto-urbains russes entre Scandinavie, Byzance et Orient, Realites Byzantines. Paris, 2000. T. 7.


457


Kulakov 1992 - Kulakov V. I. Preussische Gefolgschaft im 9. Jahrhundert // Studia Baltica Stockholmiensa. Stockholm, 1992. Bd. 9. 

Muhlen 1975 - Mtihlen B. Die Kultur der Wikinger in Ostpreussen// Bonner Hefte zur Vorgeschichte. 1975. N° 9.

Nerman 1942 - Nerman B. Sveriges forsta storhetstid. Stockholm, 1942.

Paulsen 1953 - Paulsen P. Schwertortbander der Wikingerzeit. Stuttgart, 1953.

Petersen 1919 - PetersenJ. Denorske vikingersverd. Kobenhavn, 1919. Salo 1978 - Salo U. Tampere-Vilusenharju, Kurhunhammas 3. Turku, 1978.

Tischler, Kemke 1902 - Tischler O., Kemke H. Ostpreussische Altertumer aus der Zeit der grossen Graberfelder nach Christi Geburt. Konigsberg, 1902.

Wulff 1865 - Wulff. Bericht iiber die Aufdeckung altpreuSischer BegrabniBstatten bei dem zum Gute Bledau gehorigen Vorwerke Wiskiauten im Samlande // AltpreuBische Monatschrift. 1865. Bd. 2.

Zulkus 1997 - Zulkus V. Palangos viduramziu. gyvenvietes. Klaipeda, 1997. 

АРХИВНЫЕ МАТЕРИАЛЫ

Архив ИА РАН, P-I, Гуревич 1956 - Архив И А РАН, P-I. Гуревич Ф.Д. Отчет о работе Калининградского отряда в 1956 г. № 1290. 

Архив ИА РАН, P-I, Гуревич 1958 - Архив ИА РАН, P-I. Гуревич Ф.Д. Отчет о работе Калининградского отряда в 1958 г. № 1816.

Архив ИА РАН, Кулаков 1979 - Архив ИА РАН. Кулаков В. И. Отчет о работе Балтийской экспедиции в 1979 г. № 7560.

Архив И А РАН, Кулаков 1980 - Архив ИА РАН. Кулаков В. И. Отчет о работе Балтийской экспедиции в 1980 г. № 7777.

Архив ИА РАН, Кулаков 2000 - Архив ИА РАН. Кулаков В. И. Отчет о раскопках, проведенных Балтийской экспедицией на могильнике Кауп-Моховое в 2000 г. № 22 937.

Архив ИА РАН, Кулаков 2004 - Архив ИА РАН. Кулаков В. И. Отчет о раскопках, проведенных Балтийской экспедицией ИА РАН в 2004 г. на могильнике Кауп (Зеленоградский р-н Калининградской обл.).

Балто-славянские исследования. XVII. Сборник научных трудов. - М.: Индрик, 2006. - 528 с.

© Институт славяноведения РАН, 2006 © Коллектив авторов, 2006 ISBN 5-85759-383-2 © Издательство "Индрик", 2006